Бестолковая любовь

Шестой этаж.

– Я знаю, – сказал Сева, пряча паспорт в карман.

Выйдя из лифта, Сева остановился и прислушался. Брат действительно сидел дома – слышались звуки пианино.

Николай, когда бывал дома – а бывал он там нечасто, – любил сам для себя играть на пианино. Мать, обожая Коленьку, отдала его в музыкальную школу, которую тот благополучно окончил.

Открыв брату, Николай тотчас захохотал:

– Нет в жизни звука более захватывающего, чем вечерний нежданный звонок в дверь. Выгнала тебя твоя цыганская любовь? Выставила из твоего законного дома? Молодец баба! Уважаю! А ситуация у тебя теперь патовая… Экзотика! «Как упоительны в России вечера…» Не находишь?

Сева махнул рукой.

Два дня братья жили душа в душу. Жил здесь, правда, один Сева. Он тюкал на компьютере, сочиняя стихи и наслаждаясь покоем. Принтер то и дело засасывал новый листик.

А зима затем и приходит,

Чтобы силам дать понабраться,

Чтобы мыслям дать отмолчаться,

Чтобы чувствам дать отстояться,

А весной им родиться заново.

Приходящее пусть уходит

По весеннему половодью.

Настоящее пусть останется.

А зима затем и приходит,

Чтоб обдумать весну и лето.

А то что-то нам все некогда…

А то что-то все мы заняты…

Николай мотался где-то по матрешкиным делам. Приезжал поздно и похохатывал:

– Даешь стране угля? Я не встречал пока никого, кто умел бы лучше тебя поставить на место все запятые.

Через три дня Николай посадил брата напротив себя и сказал:

– Значит, так…

План Николая был гениален и прост.

Он уже не первый год еженедельно качался в фитнес-клубе, а потому выглядел как настоящий атлет – самбист или штангист. Сева приведет его к себе, произнесет роковое: «Брат мой Колька!» – и оставит в квартире. Остальное доделает Николай. В плане не усматривалось ни малейшего просчета.

Глава 5

Когда Сева с братом приехали в Бибирево, цыгане точно так же галдели на кухне. Очевидно, последние несколько дней они посвятили именно этому занятию.

Первым делом Николай заявил, что спать на кухне гостям из табора больше не придется, потому что здесь будет спать он, а в комнате – он удивленно хмыкнул – в комнате ведь молодые!

– Кто станет мешать сестре наслаждаться с молодым мужем?! – патетически воскликнул Колька.

Сева никогда не подозревал за ним таких способностей.

Затем Николай быстренько и ловко вымыл на кухне пол и заставил Катиных «братьев» снять ботинки.