Тактика малых групп. Часть 1

– Прежде чем творить такое, ты бы хоть посоветовался с нами! – Впрочем, я тут полностью на стороне гиганта и не собираюсь выгораживать расту.

– Но вы сами же меня спровоцировали, – вяло оправдывается Джас, сам понимая, что его слова неубедительны.

– Мы команда или нет? – Эд не унимается, и он прав.

– Команда, – шепчет растаман.

– Ну тогда, Эд, поставь его, – кладу руку на плечо гиганта и тот выполняет мою просьбу. – Ты, Джас, назначаешься ответственным за приём в наш клан.

– Чо-о?! – Раста не ожидал такого удара и сейчас буквально хватает ртом воздух.

– А теперь объясни нам, почему ты выбрал этих двух?

– Ну-у! Они выбрали круг.

– Это понятно, среди тех, кто подошёл, таких было большинство. Так что не вариант такой ответ.

– Они единственные, кто не стоял до этого в толпе или группе, то есть они не кинули тех, с кем ранее договорились, ради перехода к нам.

– Ага! Молодец, что заметил! – Эд хлопает расту по плечу.

Но мне такого объяснения мало.

– Ты недоговариваешь, – мне так кажется, но я блефую и давлю на Джаса.

– Вы не поймёте! – отмахивается растаман.

– А ты попробуй.

– У них ауры цветные!

– Что у нас цветное? – тут же переспрашивает светловолосый, коренастый паренёк, один из выбранных.

– Аура, – да, Джас стесняется. – Никто не видит, и да, я укуренный! – срывается раста на крик.

А это уже не дело.

– Я тебе верю.

– И я.

– Мужики, ну правда, я вижу!

– Да верим мы тебе!

– Уф-ф. Спасибо, мужики! – Джастин тут же приободряется.

 – Вот, смотри, у почти всех ауры одноцветные…

– У меня какая? – встревает Эд.

– Золотая, яркая, как утренний свет!

Ничего себе, а по нему и не скажешь! Я не знаю что это, конечно, значит, но солнечный свет как-то совсем не гармонирует с внешностью атланта.

– А у этих двух разноцветная… Как у меня…

Слайд двадцать четвёртый

Когда нас никто не слушает, спрашиваю у расты:

– А у меня какая аура?

– Буровато-красная!

– Как кровь?

– Как смерть!

И как обухом по голове эти слова: «Как смерть!» И воспоминания… Семь минут.

Семь грёбаных минут, которые перечеркнули мою жизнь там, на Земле. Семь минут, из-за которых я на пять лет стал затворником. Семь минут клинической смерти…

Слайд двадцать пятый

Мы стоим всё в том же зале выбора, но он уже мало похож на тот, что был раньше. Теперь он поделён на шесть секторов. В каждом равное число людей. Но и это деление продолжается недолго.