Букет из Оперного театра

Рядом тяжело сопел Шмаровоз, пытаясь отдышаться от бешеной гонки по улицам ночного города.

– Здесь можно войти. Низко, – встав на небольшую приступку, Таня подтянулась на руках, – рядом буфетная. Там по вечерам вообще никого не бывает.

Шмаровоз протянул ей маленький масляный фонарик, зажег фитилек. Сунул в руки запасную коробку спичек.

– Иди. Я здесь жду, – прислонился он к стене, – если услышишь кого, сразу туши. Или не туши – примут за привидение.

Тане было не по себе от того, что через несколько секунд она окажется в пустом, словно вымершем театре.

Но еще больше не по себе ей было от мысли, что в любой момент к ней придут с обыском и найдут букет синих орхидей. Нет, уж лучше так.

Но все оказалось совсем не так страшно. В коридорах первого и второго этажа горел свет. Быстро юркнув в служебный вход, Таня оказалась там, куда выходили двери гримерных артистов.

На втором этаже за дверью гримуборной Беликовой слышались голоса. Таня остановилась, прислушалась. Мужской голос что-то пробубнил – слов было не разобрать.

В ответ раздался визгливый смех Беликовой.

– Вы такой странный… Нет, право слово, странный, – смеялась она, – я вас боюсь…

В ответ мужской голос снова забубнил что-то. Ксения перестала смеяться. Когда же прозвучал ее голос, он был уже другим – натянутым, испуганным, немножко дрожащим:

– Нет, но это сделать я не могу. Какой вы, право…

Мужчина снова что-то забубнил. Тане стало скучно слушать. Беликова пытается отомстить Гарику и принимает очередного кандидата в хахали.

Дело обыденное. Многие артистки так делают. Тем более примы, считающие себя звездами. Таню даже затошнило и, передумав слушать дальше, она тихонько пошла вперед. За дверью гримерки Беликовой мужской голос настойчиво что-то продолжал бубнить.

До своего верхнего этажа Таня добралась без приключений. Букет синих орхидей по-прежнему стоял на окне, зловеще мерцая в ярком лунном свете. Она схватила корзинку. От мокрой тряпки, укутывающей стебли орхидей, уже шел тяжелый гнилостный запах.

Внезапно Таня почувствовала какой-то странный ужас – словно кто-то, стоя за спиной, наблюдал за ней. Это цветы навевали на нее страх. Стараясь отогнать от себя панику, Таня схватила корзинку с цветами и бросилась вниз.

Шмаровоз ее ждал. Они быстро пошли. По дороге Таня бросила корзину с цветами в какой-то мусорный ящик. Руки ее случайно коснулись лепестков, и она снова ощутила странную, леденящую дрожь.

Глава 5

Где орхидеи? Второе убийство.