Тень «Райского сада»

Но когда они загорались в его глазах, то освещали весь мир, вспыхивая сполохом настолько ярким, что по сравнению с ними гасло и солнце, и электричество. Как чарующие огни папоротника, ярко горящие в самой беспросветной ночи, эти огоньки вели ее за собой. И душа ее, мучаясь и корчась, как ведьма на костре, сгорала в них, лишаясь сопротивления и остатков последней воли. Эти огоньки его глаз до сих пор завораживали душу, хранимые в глубине памяти.

Солнечные кристаллики на ладони, которые разбили всю ее жизнь…

– Зина, пожалуйста, – он как-то по-женски, истерически заломил руки, – этого пациента привезли прошлой ночью, и я абсолютно не знаю, что с ним делать! Мне нужно с кем-то поговорить.

С кем-то, кто понимает. Ты даже не представляешь себе, насколько это серьезно.

– Проконсультируйся с кем-нибудь из своих коллег, – она пожала плечами, – мало ли хороших психиатров в городе! Зайди на кафедру…

– Ты не понимаешь! – воскликнул Андрей. – К нему запрещено приглашать других врачей! Только я один могу заниматься им – в обстановке повышенной секретности.

Я даже имени его не знаю, только номер, под которым его прячут.

– Его? Значит, это мужчина? И что ты должен с ним делать – заставить заговорить?

– Поехали со мной! Ты все увидишь сама.

– Но ты же сказал, что других врачей запрещено допускать… – Все происходящее нравилось Зине все меньше и меньше. Оно настораживало и пугало.

– Я проведу тебя тайком, через кухню, со стороны служебного входа. Ты единственный человек, которому я могу доверять! Я должен поговорить с тобой, иначе сойду с ума! Я знаю, что был перед тобой очень виноват.

Но у тебя добрая душа! Все очень серьезно. Сейчас на кон поставлена моя жизнь, – казалось, Андрей готов был пасть на колени перед ней.

– А если кто-то узнает, что ты провел в больницу меня? Тебя арестуют, расстреляют? – усмехнулась Зина.

– Будем надеяться, что до этого не дойдет.

– Его НКВД прячет? – спросила она в лоб. Это была своеобразная проверка – если начнет изворачиваться и лгать, ситуация действительно может быть очень опасной.

Но Андрей не лгал.

– Да, – прямо ответил он. – Я тебе говорю: его под шифрованным кодовым номером прячут. Никаких записей в истории болезни нет.

– Хорошо. – На самом деле Зина уже давно приняла решение, – слишком уж ее заинтересовал, заинтриговал этот ночной визит. – Я поеду с тобой. Но я не знаю, чем смогу тебе помочь. Я всего лишь районный педиатр в детской поликлинике на Слободке.