Диббук с Градоначальницкой

Все хуже и хуже. Правильно он почувствовал сразу же, что с этим делом не оберется хлопот.

– Может, это могли сделать в ритуальных целях? Ну, какой-то особый надрез?… – спросил Петренко наугад.

– Нет, никакого особого разреза нет. Есть один, сильный. А вот насчет ритуального… Это ты нам скажи! – хмыкнул судмедэксперт. Но, видя, как помрачнел Петренко, добавил: – Единственное, что я могу сказать: голову ей отрезали не на диване, не здесь. Сюда тело просто перенесли, когда кровотечение прекратилось.

Похоже, это сделали на кухне, над раковиной. Вот там как раз и есть вся кровь. Убийца держал ее голову над раковиной. Тело упало на пол. Там, на полу, следы крови тоже есть.

– Держал над раковиной? За волосы? И она не сопротивлялась? – поразился Петренко.

– Судя по разрезу, нет. Вот ты и подумай – может, одурманили ее чем или напоили? Вскрытие проведу – яснее будет.

Петренко разрешил забирать тело. Бедную девушку уложили на носилки, накрыли и аккуратно вынесли из квартиры в ее страшный последний путь.

Вместе с экспертом уехали и следователь прокуратуры, и еще часть милиционеров.

Эксперт был прав: на диване, на поверхности из прессованной кожи, никаких пятен не было. Петренко задумчиво стоял, невидящими глазами глядя на слоников…

Глава 2

Блеф Володи Сосновского. «Профурсетка». Жених, которому не повезло. Приговор старика

Вдруг на пороге возник один из милиционеров, стоящих в коридоре. Петренко специально оставил двоих возле двери квартиры, в коридоре, – разгонять любопытных соседей.

По своему опыту он знал: чем меньше зевак останется на месте преступления, тем лучше. Особенно важно было гнать их, когда выносят труп. Несмотря на то что тело выносили всегда в закрытом виде, это все равно порождало страшные сплетни и слухи.

Поэтому появление милиционера стало неожиданным – особенно после выноса трупа.

– Там это… этот, – милиционер кашлянул, – журналист. Репортер то есть.

Гнать?

Петренко вздохнул. Он уже прекрасно знал, кто это может быть – только один человек. И сомнений никаких не было. Время от времени Петренко и сам поражался его ушлости. Но, конечно, этот репортер не всегда был таким. Иногда он преображался, и перед глазами Петренко возникала совершенно другая, достаточно глубокая личность. Петренко знал это очень хорошо, ведь в последний год они были закадычными друзьями. Как говорится, не разлей вода.