Проклятие жизни и любви. Книга первая

Вчера у них успешно прошла очередная пресс-конференция с участием многих американских знаменитостей, ну и, конечно, – куда же без фанатов.

– Билл, ты не понимаешь. Все очень серьезно, – продолжил на повышенных тонах Том и вскочил с дивана.

– А про какую девушку ты упоминал раньше? – спросил Билл с любопытством.

– Девушку? Ах, да! – Том на мгновенье закрыл глаза. – Она выглядела довольно расстроенной, но мне показалось, что эта девушка искренняя… – и он быстро открыл глаза и протараторил: – Но именно после встречи с ней на меня нашло помутнение.

Билл заметно расслабился после этих слов.

– Ты просто «запал» на эту девчонку, брат. Но сейчас, для твоего же блага, нужно забыть эту девушку, – окончательно выдвинул Билл. – Если судьба позволит, ты встретишь ее когда-нибудь вновь, – и он залпом выпил вино из бокала.

Том задумчиво сел рядом и мельком взглянул на стол.

Я все еще переживала по поводу неудачной встречи с Томом, хоть и говорила вчера, что забуду о нем.

Я не могла забыть его так быстро. Это давалось трудно, так как все воспоминания, такие свежие и отчетливые, до сих пор блуждали в моей голове.

– Я думаю, что мы уже сделали то, из-за чего сюда притащились, – тихо произнесла я, когда мы сели обедать.

– Но веселей ты от этого не стала, – заметила Роза и ударила ложкой по тарелке так, что стоящие в середине стола бокалы зазвенели.

– Эй, тише. Разобьешь же, – крикнула Саша, схватив свой стакан.

– Я рада! – сказала я громко и скорчила Розе довольную гримасу.

 – Хотя бы тому, что увидела его вживую. Пусть и не так удачно, как хотелось бы, – и я снова уткнулась в тарелку.

Ничего ужаснее, чем эта поездка, мне не приходилось совершать. О чем я думала? Что смогу вот так просто заинтересовать его, расплакавшись или отшвырнув его в сторону силой телекинеза? Как же глупо, наверное, я выглядела в тот момент. Началась минута самобичевания.

– Значит, завтра улетаем домой? – спросила Даша, вытирая рот салфеткой.

– Да, – коротко ответила я. – Надо заказать билеты.

Я встала из-за стола, положила тарелку в раковину и пошла в комнату за телефоном. Я знала, что после моего ухода на кухне начнется красноречивый разговор.

Весь обратный полет мы провели молча, ведь говорить о чем-то уже не было никакого смысла. Глупо было совершать столь необдуманный поступок, а нужно было послушать свой внутренний голос, что упорно отговаривал меня от этой поездки.