Наследники Древних. Восточный ветер

Младший Враан старался видеть дядю как можно реже, по его мнению, тот постоянно был в ярости. – Так вот, это был день третьего Совета.

Лорний перевёл дыхание и внимательно посмотрел на братьев.

– Я говорю вам это, потому что вы должны быть в курсе происходящего, видеть картину целиком. Понимаю – вы ещё молоды, но выбирать не приходится, скоро вам придётся действовать самостоятельно, – Орникс не особенно удивился, а Латар напрягся и стал слушать внимательнее. – В последнее время отец часто говорил со мной о делах Совета, о том, что не должно покидать залов Дворца Древних.

Он говорил о Ветре, – Лорний смотрел на братьев, решая, говорить или нет о том, что сможет изменить их жизнь.

Латар сжался, мысль о возможности того, что отец с Лорнием знали о переменах Ветра (или о том, что и Латар знает об этом!), заставила глубже дышать. Но Лорний продолжил, и Латар расслабился.

– С Ветром что-то не так, будьте осторожны. Отец говорил загадками, словно боялся, что нас подслушают.

– Куда ты собрался и когда? – неожиданно для Латара перебил брата Орникс.

Лорний улыбнулся уголками губ:

– Куда и зачем, вам знать без надобности, и, поверьте, есть на то причины. Первая из которых – так хотел отец. Я должен был уехать ещё в день убийства, но, понятно, не смог, – он поморщился. – Очень надеюсь, что теперь не поздно. – Лорний замолчал и задумался о чём-то своём, важном и грустном. Никто его не перебивал, но через какое-то время Орникс не выдержал, уловив, наконец, основную мысль брата – он хотел действовать:

– Вторая причина? Лорний, говори быстрее! Кратос скоро начнёт нас искать.

– Ага! Как только доберётся до дома и закончит рычать в своей комнате, сразу начнёт нас искать! – добавил, усмехаясь, Латар. – Учитывая, как ты ему досадил перед всем родом…

– Что закончит делать? – слишком сосредоточенно, чётко и медленно спросил Лорний, затем повторил снова. – Что закончит делать?

Латар был удивлён и вопросом, и повышенным интересом брата к этой простенькой усмешке:

– Рычать.

Я как-то проходил по крыше над его крылом, вдруг раздался дикий рёв, там даже что-то упало, да я и сам чуть не упал от неожиданности. Потом рёв стал чуть тише. Я приходил туда ещё несколько раз, и он почти всегда в это время рычал, когда был один, я думаю, так он выпускает гнев, чтобы не сорваться на людях. Сегодня всё идет к тому, что он будет долго рычать, – Латар закончил, иронично улыбаясь во весь рот.