У Калинова моста, на реке Смородине

– Слушай, мелкая, давай мультики тебе включу? Посидишь одна?

– А какие?

– Про Тома и Джерри. Но только баб Нюре ни слова, что я ушел. Если спросит где, скажи: «В огороде он». Идет?

– Идет, – отвечает Мариша.

Мигом доставляю сестру в дом, включаю кассету с мультиками, – видак я привез из Москвы на случай плохой погоды – хватаю со стола пирожок и что есть духу несусь вслед за Митяем. Нагоняю его уже возле самого леса.

– На тебе, – удивляется тот. – Чего примчался?

– Я с вами.

– Ну! – ухмыляется Митька.

– Я не сдрейфил. Достал уже дразниться.

Еще хоть слово, и я его вздую. Не посмотрю, что младше на год. Я вообще не драчун, но оскорблений не терплю. Тем более Митяй нарочно до меня докапывается уже который год, дразнит «городским» и «Москвой». Аленка считает, он мне завидует. Жека наоборот – что Митяй меня на слабину проверяет, потому что нравлюсь я ему, хоть и не местный. Кому из них верить, не знаю.

– А где остальные? – на поваленном дереве у кромки леса сидят только Санек да Пашка.

– Жека за бабкиной книжкой побежал, – поясняют пацаны.

– А Аленка?

– Не пойдет. Сказала, делать ей больше нечего, как ночью по лесу шарахаться.

– Девчонка, – со знанием дела поясняет Митяй. – Сдрейфила.

Не думаю, что Аленка сдрейфила. Она вообще-то не робкого десятка. С тарзанки наравне с пацанами прыгает, у крутого берега. Может костер разжечь и вообще… Жаль, что ее не будет. Люблю Аленкины рассказы про древних греков. Да с ней и помолчать приятно.

Сажусь на изрезанный трещинами ствол, жую пирожок и жду вместе со всеми. Спустя минут десять Жека показывается. За спиной болтается рюкзак, судя по тому, как оттянуты лямки, в нем бабкина книжка.

– Куда провалился? – недовольно сопит Митяй.

– Ждал, пока мать отвернется, она мне за бабкину книженцию голову открутит.

– Так зачем ты ее притащил? – удивляется Пашка.

– Хочу трав нарвать, которые тут нарисованы.

– Бедолага, – усмехается Митяй. – Ну все, погнали.

Всей ватагой идем в лес. Тропка широкая, хоженая. Вся деревня этой дорогой на реку ходит. Лес в Васильевке смешанный: есть и хвойные, и лиственные породы, много дуба и клена. Вдоль тропки тянутся кустарники: жимолость, бересклет, калина. Лето в этом году прохладное, почти неделю хлестали дожди, трава вымахала чуть не по колено. Над головой щебечут птицы.