Рагу из лосося

Знаешь, мне наплевать даже на то, если ты спала с Сергеем за моей спиной. Для меня это не имеет никакого значения. Я люблю тебя, а до остального мне дела нет…

– Дима, подожди! Что ты такое несешь?!

– Обидно только, что ты мне лгала. Ты ведь всегда говорила, что Сергей тебе противен.

– Но я тебе не лгала!

– Что бы ты теперь не сказала, я все равно буду сомневаться.

– Почему?

– Я видел фотографию. Следователь, этот самый серый хам Киреев, сказал, что это фотография из бумажника Сергея Сваранжи. Он все время носил ее с собой.

Вряд ли кто-то станет носить в бумажнике снимок чужого ему человека. Поэтому они считают, что у меня был еще один мотив. Ревность. Знаешь, несколько дней назад, после концерта в клубе, один высокопоставленный бандит намекнул, что меня не посадят. Не посадят, если я откуплюсь. Я ведь звезда, правда? Значит, у меня должно быть очень много денег. Я просто отдам эти деньги и все пройдет. Как выразился тот тип «меня спокойно поймут». Представляешь? А если вдруг окажется, что таких денег у меня нет, что тогда? Мне почему-то не хочется обо всем этом думать.

– Дима, я не могла быть любовницей Сергея. Он встречался с другими женщинами. Кроме того, у него была постоянная женщина, к которой он долгое время ходил.

– Ничего подобного. В последнее время у Сергея не было постоянной женщины. Все свидетели утверждают это.

– Они ошибаются. Или не знают. Женщина была.

– Не морочь голову! Сергей был не из тех, кто мог иметь постоянную связь! Он не ужился даже со своей женой, с женщиной, подарившей ему единственного ребенка, Валю.

В последние годы он вообще превратился в монстра. Впрочем, ну его к черту, этого Сергея, вместе с его постельными делами. Расскажи лучше про фотографию. Это ты ему подарила?

– Ничего я ему не дарила! Дима!

– А у меня твоей фотографии нет! Мне ты не подарила!

– Дима, я с тобой живу уже столько лет!

– Ну и что? Можно прожить с человеком долгие годы, и так и не узнать его до конца.

– О Господи… Что же мне делать, чтобы ты прекратил верить в эту ерунду!

– Ничего.

Ровным счетом ничего. Просто будь рядом.

Но он был сломан. Я читала это по его глазам. Он был сломан, а я чувствовала себя так, словно сломали меня. Жестоко переломали по – живому.

Телефон Вал. Евга сначала не отвечал, затем отозвался на одной из шумных московских улиц.

– Ри, что ты хотела? Говори коротко, я очень занят.

– Задать один важный вопрос. Вы помните, как мы секретничали в машине?

– Хорошо, я понял.