Билет в одну сторону

От нее шло тепло и приятно пахло духами.

На минуту приостановились напротив двери с табличкой «Ординаторская». Елена Сергеевна бережно опустила руку дочери, открыла дверь и, проговорив: «Можно?», непринужденно зашла в кабинет.

Два доктора, сидящих один против другого за составленными вместе столами, одновременно повернулись к ней с выражением неудовольствия на лице. Увидев, кто их побеспокоил, заулыбались. Один даже приподнялся со своего места, хотя тут же шлепнулся назад.

– Мои дорогие, здравствуйте, – светским и в то же время доверительным тоном заговорила Елена Сергеевна.

 – Как дела, как настроение?

– Проходите, уважаемая Елена Сергеевна, присаживайтесь, – кивнул один из хозяев кабинета на диванчик, покрытый голубым выцветшим и истертым покрывалом.

– Я только на минутку. Вижу, моя Наталья уже в полном порядке. Когда на выписку?

– Да вот только швы снимем, анализы еще, да может, областному невропатологу показать следует…

– Областные специалисты – это моя забота.

А с выпиской надо бы поторопиться. Сами понимаете, что семья без жены пропадает.

– Ну, вообще-то в понедельник… – начал другой врач.

– Вот и прекрасно, – перебила женщина. – Значит, до понедельника.

Подойдя к диванчику, она опустила на него внушительного вида пакет.

– С днем знаний вас! Это, – жест на пакет, – чтобы было чем отпраздновать. Счастливо оставаться!

Елена Сергеевна внушительным шагом двинулась к выходу, а вслед ей звучали слова привета и благодарности.

Она довольно улыбалась своим мыслям, забыв о врачах. Увидев столбом стоящую напротив дверей «Наталью», радостно воскликнула:

– Все, в понедельник домой! Ты рада?

Схватила за руку, потянула за собой к притворенной двери палаты, где «Наталья» провела уже около двух недель, вошла и со вздохом облегчения опустилась на единственный стул. Потом скинула туфли на высоком каблуке, с удовольствием пошевелила пальцами, со вздохом прогнулась в пояснице:

– Как я устала.

Все бегом, все на ногах. У тебя есть что попить?

На колченогом столике стоял пузатый графин и два стакана, но «Наталья» не видела, чтобы за все дни, что она здесь, кто-то менял воду. Она нерешительно двинулась к графину, но тут Елена Сергеевна наклонилась к прикроватной тумбочке и вытащила оттуда коробку, изрисованную заморскими фруктами. Отогнув уголок коробки, она сильными пальцами оторвала его. Махнула рукой «Наталье», чтобы та приготовила стаканы.