Лабиринты любви

Последнее время Шалов предпочитает иметь дело только с их юридической конторой, поэтому Кире приходится часто видеться с директором «Транснижа», и каждый раз она открывает в нем все новые качества, так редко встречающиеся у знакомых ей мужчин.

– Ты опять в отпуск с ребятами? – в трубку слышно, как Алиска что-то жует. – Опять в поход или на байдарках? Ты можешь хоть раз позволить себе съездить в хороший санаторий или дом отдыха, прочувствовать все прелести курортной жизни?

– А Ромка со Стасом?

– Пусть в спортлагерь едут.

– Нет, я так не могу. Я скучать буду. И вообще, зачем мне, совершенно здоровой бабе, в санаторий?

– С ума сойти! В санаторий не лечиться ездят, а…

– Знаю, знаю, ты мне уже объясняла. Но это не для меня.

– Ты не исправима, подруга. С таким гонором так и останешься в девках. Твои пацаны обзаведутся семьями и станут тебе внучат подкидывать. А ты знаешь, какое самое главное предназначение женщины?

– Ну и какое же?

– Быть женщиной! Понимаешь, женщиной! Не мамой, не бабушкой, а любимой и любящей женщиной.

– Вот как ты, – стала заводиться Кира. – Ты любишь – тебя любят, ты разлюбила – тебя разлюбили. И так сто раз.

– Ну и что? Зато будет что в старости вспомнить. Я вообще удивляюсь, как ты Ромку родила, как только Вадим смог тебя уговорить?

– Хватит! Нашла, что вспомнить. Ни в какой санаторий я не поеду, работы полно.

– Врешь! Летом у юристов затишье. Кого хочешь обмануть?

Алиска бросила трубку.

Но Кира в общем-то не врала, она действительно набрала работы.

К тому же «Трансниж» собирается расширяться, открывать филиалы, и Шалов предложил ей взять на себя всю юридическую волокиту. Не может же она отказать постоянному и такому выгодному клиенту? А санаторий…Санаторий подождет. Вот состарится она, обзаведется хроническими недугами, тогда и отправится лечиться. А пока работать, работать и работать. Кстати, мальчишек и впрямь надо в спортлагерь отправить. В этом Алиска права.

Начало осени принесло неожиданное повышение Киры в должности и…развод Алисы с Кареном.

– Ну, сколько можно! – кричала в трубку Кира, узнав об этом. – Ты отдаешь себе отчет в том, что делаешь? Подумала о дочерях? Им каково? Жить в ожидании, что мать опять приведет в дом чужого мужика, которого нужно называть папой?

– Ты ничего не понимаешь! – кричит в ответ Алиска. – Я не могу жить с человеком, который меня не уважает! Я только тем и занималась, что встречала, кормила и обстирывала его многочисленных родственников.