По следу аркуды. Возвращение в Медвежью лощину

Сейчас им предстоит обратная переправа.

Захватившие их в плен воины спешились, взяли коней под уздцы и, осторожно ступая меж крупных камней, побрели на противоположный берег. Последними в воду ступили пленники. Вода приятно охладила израненные ноги, но попадающиеся острые камни еще сильнее раздирали несчастные ступни.

Первые седоки уже выходили на берег, снимали сапоги и отжимали воду, а друзья только-только преодолели середину реки. Дальше путь шел вдоль реки, а можно идти через лес. Ужон принял решение идти вдоль реки, на запад.

В полдень они доберутся до трех холмов, а там свернут на юг и затеряются среди многочисленных лесков, оврагов, каменных гряд, идущих с востока на запад, и непроходимых плавней вдоль небольших рек. Если им повезет, то на пути будут мирные селения, где можно поживиться добром и взять пленников. Нынче пленники в цене, а уж девушек авраты покупают, не торгуясь.

Только бы не встретиться с этими страшными женщинами с мечами у пояса, колчаном и луком за спиной и тяжеленными палицами, притороченными к седлам.

И никакая кольчуга не спасет от удара их метких сулиц.

Время от времени прелагатаи вырывались далеко вперед и в стороны, чтобы разведать обстановку. Докладывали, что опасности нет. Если так дело пойдет, то к ночи отряд сделает привал. Пусть кони отдохнут, да и воинам подкрепиться надо. Сушеное мясо на исходе, а хочется свежатинки.

Хорошо бы сохатого завалить, размечтался Ужон, горячего молока попить, вытянуть ноги и уснуть, не опасаясь внезапного нападения.

Может, так и получится.

Отряд продвигался вдоль реки. Час проходил за часом, и неизвестно, когда закончится ровная рысь коней и мучения пленников. У тех уже не осталось сил. Разбитые в кровь ноги, изрезанные крепкой веревкой запястья. Глаза застилал пот, смешиваясь со слезами боли и отчаяния, глотки пересохли, и казалось, что в телах не осталось ни капли жидкости.

За все время только раз конники останавливались – их главный собирал совет. Они о чем-то жарко спорили, показывали нагайками то в одну, то в другую сторону, кидали шапки наземь, плевали друг другу под ноги, не соглашаясь с тем, что предлагал вожак.

Измученные пленники рухнули без сил на землю, вытянув сведенные судорогой ноги и с трудом восстанавливая сбитое дыхание.

Не придя к общему решению, чужаки уселись кружком, не расседлывая коней. Ужон взглянул на пленников. Не нужно быть особо прозорливым, чтобы понять: сил у тех не осталось. Еще час такого бега, и они упадут. И не встанут.