Вера… Ника… Вероника

А если и поплачет, то не страшно – слезы душу очищают, – он похлопал жену по плечу. – А я, поговорю с Борисом. Может, у них там найдется должность при театре, кроме артистки. Все-таки у девочки высшее театральное образование…Как считаешь?

– Смотри сам, Андрюша, – ответила жена. – Но чтобы Вероника не узнала, что мы вмешиваемся.

На том разговор закончился. Но поговорить с режиссером Андрей Викторович так и не сумел. А вскоре ситуация разрешилась сама по себе.

…Вероника Андреевна зябко повела плечами.

Надо идти домой, пока не подхватила простуду. Сколько можно прятаться? Все равно и родители, и Юлька узнают правду, не сегодня, так завтра. Вот только рассказывать им все, как происходило там, в квартире, она не будет. Надо все-таки пощадить их целомудрие.

Похлопав себя по озябшему телу, женщина решительно шагнула к двери. Чего себя обманывать? Она ждала, что Костя рванет за ней, объяснится, не заставит её брать на себя трудную миссию рассказать близким о том, что случилось.

Она привыкла, что муж всегда брал на себя улаживание проблем, неприятные разговоры с кем бы то ни было. Он решал за себя, за неё, за всю семью. А теперь она должна что-то решать.

А что решать? Остаться без мужа в тридцать восемь лет? Пойти на раздел имущества, квартиры, а потом взять на себя все хозяйственные и бытовые заботы? Или вернуться к родителям, спрятаться под их надежное крыло и оставаться любимым чадом до седых волос?

Вероника снова отошла от двери, снова села на ступеньку, схватила себя за виски.

Си-ту-а-ци-я!

Ночь вступала в свои права. Звезды безучастно смотрели на землю, красовались друг перед другом. В стороне кладбища пропел петух, за ним второй, потом уже нельзя было различить, сколько певцов вступило в соревнование, кто громче и продолжительнее прокукарекает. Почти в каждом дворе на Еремейке были куры. Некоторые держали кабанчиков, другие коз. Это был отголосок той жизни, когда еще существовала деревня Еремеевка, на месте которой строились кирпичные дома для работников ипподрома и принадлежащего ему совхоза.

Сейчас о деревне напоминает лишь старое кладбище, да название их района.

У неё же за то время, как она отсюда уехала, многое в жизни изменилось.

Кого теперь винить в том, что произошло в их с Костей жизни? Себя, мужа? Ремонт?

Не будь этого треклятого ремонта, не было бы сегодняшней сцены на продавленном диване. Вот из-за такой ерунды и распадаются семьи.