Вера… Ника… Вероника

Вдруг Вероника вышла на сцену.

– Володя, давай со мной, а ты, Ксения отдохни минуту.

Партнер начал говорить, а на глазах у изумленных коллег их милая Верочка вдруг неуловимо стала превращаться в прежнюю Нику Изверову, тяжеловесную, унылую, закомплексованную артистку. Она не ходила по сцене, а волочила ноги, не говорила, а гнусила, её улыбка манекена сбивала с толку Володю Кремлева, и он даже опаздывал с репликами. Так прошло несколько минут.

– Ксения, – повернулась неожиданно Изверова к артистке, – я утрирую, но в целом это твоя игра.

И пошла к своему креслу. На сцене стало так тихо, что стало слышно, как бубнит себе под нос старый вахтер в дальнем коридоре. Павловская, как загипнотизированный удавом кролик, вышла на середину сцены, и, повернув к Кремлеву голову, начала диалог. В её голосе появилось нечто другое, что заставило всех посмотреть на неё. Партнер быстро включился, задвигался, в ответ на слова партнерши он так выдал фразу, что у многих мурашки по спине побежали.

И вот уже сцена летит на всех парусах, и всем ясно: вот она вершина таланта.

Ах, как они играли! Как сверкала Павловская! А Кремлев?!

Вероника незаметно вытерла нечаянную слезу. Она сегодня добровольно взошла на эшафот, чтобы другая наполнила сцену жизнью. Она довела свой неталант до крайности, чтобы вызвать к жизни талант других.

Поэтому, когда сцена завершилась, артисты дружно, от души захлопали, но не Павловской и Кремлеву, а ей, Веронике Изверовой.

Она впервые слышала аплодисменты в свой адрес, не считая тех давних восторженных хлопков Кости-кирпича.

Уже дома, лежа рядом с мужем, Верочка вдоволь наплакалась в подушку. Конечно, она давно поняла, что артистка из нее не вышла, и никакие годы упорного труда не изменят ситуации.

Глядя на игру света и тени на потолке, Вероника безжалостно прокручивала свою жизнь в театре. Вначале она не замечала удивленно-озадаченных, а то и просто насмешливых взглядов своих коллег, когда со сцены уходила в кулисы.

Но со временем поняла, что Изверова на репетиции это не то, что Изверова на сцене. Разница огромная!

Вот только что в гримерной она прогоняла сцену со своей партнершей. Валечка-костюмерша восторженно смотрела на молодых артисток, била в ладоши и предрекала успех у зрителей. А после подходила только к партнерше и избегала её, Веронику, при встрече глаза в сторону отводила, делала вид, что торопится.