Прощай, Медвежья лощина

Нора или логово, мелькнуло у него в голове. Вернее всего, логово аркуды. Надо посмотреть.

Он разгреб руками ветки и палую листву и обнаружил достаточно широкий лаз, куда вполне может пролезть человек. Вот здесь он и спрячет Греслава. Но вначале надо самому спуститься, осмотреться. Точно, аркуда здесь был, но давно. Кално (грязно), но сухо, и места хватит.

Макошка выбрался из ямины, примерился, как втащить внутрь раненого.

– Ничего, вниз это тебе не вверх, – успокоил самого себя мальчик. – Отлежишься, друже Греслав, день-другой, придешь в разум, и потихоньку двинемся подальше отсюда.

Осторожничая, мальчик спустил раненого вниз, а сам выбрался наружу: надо спрятать Велену и коней погибших ратников.

Своего коня он оставил в небольшом овражке, по дну которого пробивался родничок. Овраг был хорош тем, что со стороны ельника его делала незаметным молодая поросль, а с другой стороны к оврагу не подберешься из-за отвесного, осыпающегося склона. Пробраться сюда, конечно, можно, но с большим трудом.

Да и кому придет в голову искать беглецов вблизи реки? Любой преследователь подумает, что его жертва скачет в ту же сторону, что и другие.

Перед самым рассветом мальчик снова пробрался на берег – забрал оружие Бороды, Гонты и Сороки. Меч его друга уже не годился для ратного дела, потому что был срублен по самую гарду. Долго искал кистень Греслава, но все же нашел.

– Доброе оружие не бросают, – поделился он с конями, пряча в овражке мечи, кистень и длинные ножи, которые снял с поясов погибших дружинников.

 – Мертвым оно ни к чему, а живым послужат в бою.

…Вот уже вторые сутки Макошка слушает стоны Греслава, смачивает ему губы водой, которую носит из родника. Два раза пробирался на берег и наблюдал за передвижениями дружины Явила. Судя по количеству костров ночью, перешедших под знамя Кястаса стало больше. Видимо, не жалеет князёк денег, чтобы собрать большое войско, значит, и планы у него великие. Уж не на Светослава ли собирается двинуть войско?

Правда, далеко идущие планы Кястаса Макошке были безразличны.

Его беспокоило состояние раненого, и как они будут добираться до своих.

– Вот бы до Городища добраться, – мечтал мальчик. – А там весточку Сизарю послать. У князя Будимира лекари найдутся, поставят нутро на место. А что крови много вышло, так не беда, не до капли же.

Словно в ответ на его слова, на губах Греслава снова запузырилась кровь. Он прерывисто дышал, словно что-то мешало его легким наполняться воздухом.