Сумеречье. Легенда Сумеречного моря

Перед глазами тут же пронеслись картины недавнего, но вместе с тем такого далекого прошлого: она – недоверчивая, настороженная, от мороза переминающаяся с ноги на ногу, и, ненавидя весь свет, просящая милостыню. Я – случайно проезжающая мимо и пообещавшая, что непременно за ней вернусь. Наши детские судьбы были невероятно похожи, и сейчас я украдкой смахнула выступившие на глазах слезы, радуясь, что пусть немного, но все же помогла изменить ее жизнь к лучшему.

Спать я легла рано, надеясь, что смогу быстро заснуть, но сон не шел.

Глядя в потолок, прокручивала в голове все, что случилось за последнее время и решала, что делать дальше. Безвылазно отсиживаться в безопасном доме и надеяться, что все решится само собой – не вариант. Но и бездумно выходить в город, рискуя быть пойманной, тоже не стоило, особенно учитывая количество желающих меня схватить.

Как оказалось, в последние дни дом не покидал вообще никто. Фэкс готовил из имеющихся запасов продуктов, а Даффи прогуливала занятия в пансионе, занимаясь самостоятельно и под надзором заменяющего ей преподавателей Овара.

Дверь никому не открывали, поэтому даже прочесть свежую прессу возможности не было… впрочем, газетенки редко писали правду, так что потеря вряд ли являлась большой.

Перевернувшись на бок, я вспомнила о поднебесной покровительнице морей. Сама Ритана, некоторое время притворявшаяся обычной девушкой, верила в меня. Она помогла сбежать от Тайлеса, и теперь мне следовало закатать рукава, сплести сети и поймать такую вариацию собственной судьбы, в которой кристалл душ не будет собран, а я останусь жива.

При всем уважении к высшим силам, отправляться к ним на тот свет мне пока не хотелось.

В какой-то момент сонливость все-таки взяла свое, и я выпала из реальности.

Мне снова снился сон, где огромные волны накладывались одна на одну, сталкивались, шипели и подкидывали корабль с черными парусами, точно безвольную щепку. Таким же беспомощным был корабль и с парусами белыми, подсвеченными серебристой луной.

Она – полная, единая висела над скалами в форме черепа, проход между которыми зиял бесконечной черной бездной.

На старом алтаре сиял кристалл, похожий на восьмиконечную хризантему, вокруг бесшумно двигались силуэты – то ли бестелесные души, то ли просто обрывки воспоминаний о некогда расколовших его ундинах.

Потом я видела лицо Флинта, на котором навечно застыла усмешка, и легендарный капитан пиратов медленно скрывался под толщью темной воды.