Антик с гвоздикой

Давай-ка, Аркаша, отправляться спать, если хотим проснуться с рассветом.

– Пошли, – согласился Аркадий, но отметил для себя, что на его разглагольствования князь не рассердился, а просто уклонился от ответа. Вывод напрашивался сам собой, но Дроздовский решил не торопить события. По прежнему опыту он знал, что первейший способ навредить делу – уподобить себя сметающей все на своем пути боевой колеснице.

Глава 3

– Ксения, что случилось? – Наталья обеспокоенно посмотрела на младшую сестру. – Что с твоим лицом и платьем?

Ксения сморщила нос, едва сдерживаясь, чтобы не расхохотаться.

– Павлик залез на березу и ни в какую не хотел спускаться вниз. Вот пришлось ему помогать… – Она подтянула сползший с плеча разорванный рукав платья и все-таки не выдержала, рассмеялась. – Нижняя ветка обломилась, и мы шлепнулись прямо в грязь.

Наталья уставилась на нее с недовольным видом:

– Надеюсь, с Павликом ничего не случилось?

– Если не считать порванных штанов и царапины на руке. Сейчас он в детской.

Марфуша пытается его отмыть и починить ему штаны.

– Ума не приложу, что с ним делать? – вздохнула Наталья. – Ни дня не обходится без проказ. Мне не хочется его наказывать, но, кажется, пришла пора взяться за розги.

– Этим ты ничего не добьешься, Таша, – покачала головой Ксения. – Павлик – мальчик, и мужское постоянно берет в нем верх. Ему хочется бегать, прыгать, драться с мальчишками, скакать верхом, и если ты начнешь его наказывать, все равно он не избавится от своего желания.

– Опять ты за старое, Ксюша? – рассердилась Наталья.

 – Ты хочешь, чтобы он превратился в грубое, потное животное, курил этот отвратительный табак, играл в карты и напивался до бесчувствия?

– Я не хочу, чтобы по твоей воле он превратился в кисейную барышню.

– Павлик – мой сын, и я сама решаю, каким он должен вырасти. – Наталья окинула сестру сердитым взглядом. – Иди переоденься и не смей больше указывать, как мне воспитывать собственного сына.

Ксения укоризненно посмотрела на нее:

– Ты пытаешься вырастить из него цветок, но в конце концов из него получится чертополох, о который можно очень сильно уколоться, Таша.

Помяни мое слово.

– Не пугай меня! Я не хуже твоего знаю, что может получиться из Павлика, если не заниматься его воспитанием. Но каким образом добиться его послушания – решать мне, а не тебе! – Наталья нервно ударила плеткой по ладони. – Ладно, ступай. Мне тоже надо переодеться. Встретимся за ужином. А с Павликом я поговорю перед сном.