Антик с гвоздикой

Разве я не права?

Вместо ответа Ксения опустила голову. Наталья поджала губы и смерила ее взглядом. Затем взяла лежащий рядом сверток и, брезгливо скривившись, извлекла из него соломенную шляпку. Вернее, то, что от нее осталось.

– А теперь объясни, дорогая, по какому поводу тебе вздумалось вырядиться в новую шляпку? Неужто ромашки стоят подобного почитания? Надеюсь, они по достоинству оценили твой наряд?

Ксения покраснела, но ничего не ответила. Да и что можно было сказать в свое оправдание?

– Это я попросил Ксюшу надеть новую шляпку, – опять влез в разговор ее защитник.

 – На старой у нее и ленты, и цветы еще прошлым летом выгорели.

– Помолчи, когда старшие разговаривают, – прервала его мать и не удержалась, добавила: – Надо же, как вы против меня спелись! Слова уже нельзя сказать!

– Маменька, – Павлик не уступал ей в упрямстве, – Ксюша и Марфа ни в чем не виноваты. Этот бык выскочил из леса. Вы должны пастухов наказать, что позволили ему вырваться.

– Они будут наказаны, – произнесла Наташа сквозь зубы. – Они у меня узнают, как исправно службу нести! – Она прижала голову Павлика к груди и принялась покрывать ее поцелуями. – Господи, сынок, ты не понимаешь, что он мог вас изувечить, убить… – Она заглянула ему в глаза. – Скажи, только честно, ты сильно испугался? А то я велю привезти из села бабку, чтобы она заговорила тебя от испуга.

– Ничего не надо! Я совсем не испугался! – Мальчик вскочил на ноги и воинственно сжал кулаки.

 – Я тоже хочу научиться скакать на лошади, как князь! Вы бы видели, маменька, как он лихо загнал быка в воду. И тот сразу перестал буянить. Поревел малость для порядка, и все!

– И все! – вздохнула Наташа и опять перевела взгляд на сестру. И Ксении крайне не поздоровилось от этого взгляда. Сестра встала с дивана. Опершись ладонью о стол, она произнесла, как обрубила: – С сегодняшнего дня все прогулки вне усадьбы прекращаю! Я не потерплю, чтобы моя сестра, которую я полностью содержу, рисковала жизнью моего сына в угоду своим низменным желаниям.

Я не потерплю, чтобы она без моего ведома встречалась с незнакомыми мужчинами! Я не потерплю, чтобы эти мерзкие животные, которые пропахли вином и табаком, ступали на мою землю даже ради благих целей.

– Но, маменька! – Павлик соскочил с дивана, схватил мать за руки, заглянул ей в глаза.