Бесы Черного Городища

Только мельник продолжал говорить о чем угодно, но никак не о том, что интересовало сыщиков.

И все-таки злость, которая исчезла в глазах Петухова, подсказала Алексею, что тот перестал бояться. Значит, те вопросы, которые он задавал, его успокоили? Но они были довольно нелицеприятными и, кроме беспокойства, никаких чувств у рядового обывателя, как правило, не вызывали. Получается одно из двух: или мельник и впрямь ничего не знает, или Алексей не сумел задать тот самый вопрос, которого он по-настоящему опасался.

Поляков посмотрел на часы.

Четыре утра, совсем скоро рассветет, но Иван и пристав так и не появились: или столь же исправно допрашивали мельничиху и ее дурковатого отпрыска, или до сих пор не закончили обыск. По правде, Алексей с большим желанием осматривал бы сейчас мельницу и подворье, чем пытался разговорить туповатого хозяина.

– Ты, милейший, за дурака меня держишь? – наконец не сдержался он, когда Петухов на его очередной вопрос: «Почему работники недолго задерживаются на мельнице?» – вновь заканючил свое: «Того не знаем, не ведаем».

 – Как не знаешь, если сам их нанимаешь, а после рассчитываешь? Кстати, Петр Евдокимыч, поясни: каким образом ты с ними расплачиваешься?

Лицо мельника вмиг утратило туповатое выражение, маленькие глазки уставились на сыщика:

– Знамо дело, как договаривались, так и расплачивались!

– А как все-таки договаривались? – Алексей чувствовал, что теряет остатки терпения. – Ты можешь ответить без виляния или нет?

– А что тут вилять? – пожал плечами мельник и отвел взгляд.

 – С каждым по-разному. Кому муки отваливал, кому – картопли, а кто и подсвинка брал. Мы ведь, помимо мельницы, свиней держим, да курей еще, да уток, да гусей. Бывало, утками платил. То разве невыгодно? И мясо тебе, и перо.

– А почему не деньгами?

– Потому что мигом пропьют, свиное отродье! В первом же шинке оставят! – вскинулся вдруг мельник. – А подсвинка или гуся еще продать надо, хотя бывало, – он с досадой махнул рукой, – их даже до шинка не доносили. А вы говорите – работники! Не до работы им, так и смотрят, что плохо лежит! Так и тянут, так и тянут! На пропой все уходит, чтоб им лопнуть!

– Выходит, ты с пьянством борешься? – удивился Алексей.

 – А сам вроде потребляешь, и изрядно?

– Если потребляю, то в меру, и головы своей не теряю! – насупился Петухов. – Ежели не знаете, я эту мельницу, почитай, на пепелище поднял. И барыш теперь неплохой имею, потому как не злоупотребляю и пьянчуг всяких и жуликов не привечаю.