Формула одиночества

Свет луны забивал сияние звезд, и все же она нашла Большую Медведицу и следом Маленькую. Но когда снова перевела взгляд на море, то не обнаружила на поверхности головы Арсена. Сердце ее мгновенно ухнуло куда-то в область желудка, но тут она заметила, что он подплывает к плите волнореза. Арсен забрался на плиту, выпрямился во весь рот и помахал ей рукой.

– Раздевайтесь, черт побери! И плывите ко мне!

Она послушно сняла шорты и майку и вошла в воду. С непривычки она то и дело теряла равновесие на скользких булыжниках, усеявших дно, и нелепо взмахивала руками, чтобы устоять на ногах, когда очередная волна налетала на нее.

Здесь, на мелководье, они не казались такими безобидными, как с берега, но стоило ей войти в море по грудь, волны принялись ее раскачивать, она подпрыгнула, чтобы очередной вал не накрыл ее с головой, и «щучкой» вошла в воду. Вынырнула и поплыла к волнорезу. Арсен подал ей руку, и она в мгновение ока оказалась рядом с ним. На секунду только он прижал ее к себе, но Марина вывернулась и отошла в сторону. Встряхнув головой, поправила мокрые волосы и провела руками по телу, сгоняя излишки воды. Набегавшие на бетон волны с шумом разбивались у ног, обдавая их брызгами.

– Тело ее, подобно свежему сыру, было тугим и белым. И любой человек, сдержанный в чувствах и с большим самообладанием, приходил в замешательство, если в глаза ему вдруг бросалась хотя бы частичка ее оголенного тела, – нараспев произнес Арсен и приблизился к ней вплотную. Взял ее за руки и заглянул в глаза, продолжая шептать: – Белая кожа Сатаней-Гуаши была такой ослепительно яркой, что отражение блеска ее, падавшее на море и от моря на горы, часто сбивало корабли с верного направления.

И немало мореходов погибло именно по этой причине. Обломки кораблей находят и до сего дня на берегу нашего моря…

– Что это? – тоже шепотом спросила она. – Кто это Сатаней-Гуаша?

– Это ты – Сатаней-Гуаша, – сказал он и притянул ее голову к своей груди. – И, кажется, у меня, как у тех мореходов, снесло крышу.

Ты ведь не хочешь, чтобы мои обломки завтра утром валялись на берегу?

Его губы коснулись ее виска, скользнули по щеке и шее к ключице, а руки легли на талию.

– Послушай, – сказал он, – мы с тобой взрослые люди. У нас в запасе всего несколько дней. Что нам мешает провести их вместе? Ты переберешься ко мне в комнату. Я договорюсь с Виталием и Анжелой. Они поймут…

Арсен еще сильнее прижал Марину к себе, а горячие ладони легли на ее бедра.