Мой ласковый и нежный мент

Ребятишки за этой птицей день и ночь присматривали, от лис и собак бродячих охраняли, так ты почище тех шавок зверюгой оказался.

– Так жрать ведь охота, начальник! – поскреб в затылке Пырей и вздохнул. – Надо было тебе, Людка, прискакать, такую закуску по твоей милости упустил. – Он грязно выругался, приоткрыл дверцу со своей стороны и смачно сплюнул на землю. Вытер щербатый рот рукавом и с вызовом произнес: – А посадить меня все равно не посадите, граждане начальники, птица эта ничейная и сдохла бы через неделю, если не раньше.

– За ворону, возможно, и не посадил бы, – спокойно произнес Барсуков, устраиваясь на сиденье рядом с Сергеем, – но ты забыл, что лебедь занесен в Красную книгу и потому находится под охраной государства, а это значит, что действия твои подпадают под определение «незаконная охота», то есть под двести пятьдесят восьмую статью УК. А по ней грозит тебе приличный штраф, который ты полжизни выплачивать будешь. И если учесть еще нецензурную брань в присутствии женщины и детей, а также представителей правоохранительных органов, то только за это суток десять-пятнадцать будешь работать на общее благо, к примеру на восстановлении порушенных кормушек.

Как вы считаете, Людмила Алексеевна, это возместит ваши материальные и моральные потери?

Людмила опешила и не нашлась что ответить. Только слегка пожала плечами, дескать, как знать!

– За что, начальник? – Пырей нервно заерзал на сиденье, и Людмила отодвинулась поближе к дверце.

От насквозь промокшего Пырея несло псиной, а на полу натекла уже приличная лужа. Девушка подтянула под себя ноги и брезгливо сморщилась.

– Давай, Сережа, езжай, а то от этой твари больно дух тяжелый, того гляди загнемся от токсинов, что его портки выделяют!

«Жигули» отправились в обратный путь. И в зеркало заднего обзора Денис заметил, что парень укладывает в спортивную сумку тушку лебедя. Девочка вынула из кармана куртки вязаную шапочку, нахлобучила ее на голову приятеля, потом поднялась на цыпочки и поцеловала того в щеку.

И молодые люди стали медленно подниматься по косогору в сторону села.

– Это ваш брат, Людмила Алексеевна? – спросил Денис, не поворачивая головы.

– Да, – односложно ответила она и, помедлив секунду, глухо добавила: – Дети тут ни при чем! Это я загнала Пырея на лед. Вернее, он сам туда забрался, когда увидел, что я с ребятами бегу.