Грех во спасение

Алексей взял Машу за руку и тяжело вздохнул:

– Похоже, я потерял друга, Машенька! Вероятно, ему не по душе, что я сделал вам предложение, ничем другим объяснить его поведение я не могу. И он не просто дуется. Порой мне кажется, что он ненавидит меня, хотя даже не подозреваю, в чем моя вина. Я попробовал объясниться с ним, но он и слушать меня не хочет. Если мое предположение о его влюбленности в вас верно, то почему он не предпринимает каких-либо шагов, чтобы жениться на вас, а не на Алине? Она – его невеста, он без ума от нее, тогда при чем тут вы и я?

– Алексей Федорович, прошу вас, не обращайте на него внимания.

 – Маша сердито нахмурилась. – У Мити поразительная способность портить всем настроение. Возможно, женитьба на его несравненной Алине избавит его от депрессии. А что касается его предполагаемой влюбленности в меня, поверьте, это чистейшей воды ерунда! Скорее всего, он влюблен в самого себя, и даже Алина – лишь средство показать окружающим, насколько он хорош и любим всеми, и даже такой недоступной красавицей, как мадемуазель Недзельская.

– Машенька, – Алексей взял ее за руку, – я несказанно огорчен подобным поворотом событий. Никакие, даже самые тяжелые испытания не омрачали нашу дружбу, и я буду рад, если Митя одумается и поговорит со мной откровенно. И если он первым не сделает этого, я вынужден буду обратиться к нему за разъяснениями, что является причиной его недовольства мной.

– Я думаю, это лишнее, – сказала Маша тихо, помолчала секунду и добавила: – Сегодня все наши разговоры вертятся вокруг Мити, точно нам не о чем больше поговорить.

Есть гораздо более интересные темы. Сегодня вы обещали рассказать мне о вашей сестре и старшем брате, и еще об имении, где живут ваши родители. Надеюсь, в будущем году мы сумеем побывать там?

Барон вздохнул и виновато посмотрел на нее:

– Маша, вы опять забыли, что следующее лето нам не удастся провести вместе. Возможно, не удастся, – тут же поправился он, – только в том случае, если меня назначат командиром нового исследовательского судна.

В случае решения Морского министерства в мою пользу я уже в марте уйду в экспедицию и почти два года проведу в Охотском море, на Камчатке и вблизи берегов Сахалина…

– И вам не позволят взять меня с собой?

– Это было бы самым сильным моим желанием, но, к сожалению, «Рюрик» – военное судно, не приспособленное для пребывания женщин на его борту. Однако все это пока мои мечты, могут и не сбыться.