Неоконченный романс

Садясь в машину «Скорой помощи», он заметил Лену и, что-то сказав сердито кричавшей на него медсестре, догнал отца и дочь Гангутов. Не обращая на Максима Максимовича никакого внимания, он прижал Лену к груди:

– Девочка, найди меня в Ростове, прошу тебя! – И побежал к машине, на ходу обернулся, помахав ей здоровой рукой.

Отец остолбенел.

– У тебя, дочь, оказывается, талант? Ты, случайно, замуж не вышла по дороге в Ростов?

Лена счастливо улыбнулась:

– Папка, не преувеличивай. Он мне помог в самолет забраться, тебя же где-то черти с квасом съели.

– Ты его фамилию хотя бы знаешь, чтобы искать?

– А как же. Фамилия у него громкая – Айвазовский. Ни с кем не спутаешь.

– Что же ты мне раньше не сказала, это же Айваз! – Отец с досадой хлопнул себя по лбу. – Помнишь, я тебе рассказывал о рейде наших разведчиков в горы? Боевики Дасаева пытались переправить через Грузию архивы Дудаева, но наши им помешали. Так это Айваз со своими бойцами отличился. Правда, тогда его ранили, но, оказывается, вот он, жив-здоров и даже дочку мою охмуряет.

В аэропорту они взяли такси и вскоре приехали в гостиницу. Всю дорогу отец не мог прийти в себя оттого, что упустил шанс разговорить легендарного Айваза.

– Ну надо же, я на его рязанскую физиономию даже внимания не обратил, почему-то считал, что Айваз – это какой-то кавказец по фамилии Айвазов, а он, оказывается, наш Иван, русский.

На следующий день они должны были улетать в Москву, но Лена уговорила отца найти Сергея – а вдруг получится взять интервью? Маленькая хитрость удалась, и через полчаса Максим Максимович и Лена ехали на такси в военный госпиталь.

Госпиталь окружал тенистый парк, по дорожкам которого бродили выздоравливающие и посетители.

Было очень жарко, и, скинув в гостинице надоевшие джинсы, Лена надела легкое, цвета молодой листвы платьице на тоненьких бретельках, с юбкой, высоко открывающей стройные ноги.

Длинные волосы, отливавшие цветом старой меди, волной легли ей на плечи. Лена никогда не злоупотребляла косметикой, но в этот раз ей хотелось выглядеть особенной, не такой, как всегда. Она подвела помадой губы, подкрасила ресницы. Отец, увидев ее непривычный облик, присвистнул:

– Ленка, не будь я твоим отцом, влюбился бы, не задумываясь!

В комнате ожидания оказалось прохладно и почти пусто. Пришлось немного подождать: Сергей был на перевязке.