От ненависти до любви

– Ну, ладно, про болото можно не рассказывать, но как объяснить, почему я стреляла?

– Дам я тебе патроны, – дед отвернулся и последние слова бросил уже через плечо. – Завалялись у меня как раз штуки три или четыре…

– Завалялись? – изумилась я. – С каких это щей у тебя завалялись боевые патроны?

– С таких! – буркнул Шихан, не поворачивая головы, и направил свою лошадь вверх по тропе. – Все тебе расскажи-доложи!

– А мне интересно, – я заставила свою лошадь прибавить шаг и нагнала деда. – Может, у тебя и пистолет завалялся?

Шихан резко натянул поводья и остановил лошадь.

– Марья, – усы его грозно шевельнулись, и он пробуравил меня взглядом, – ты хоть в тайге про протоколы свои забудь! Года два назад охотников я возил на гольцы. Так у одного из них пистолет был. С пластинкой на рукоятке. Именной, значитца. С приятелем он самогона моего надрался, по банкам стрелял. И рассыпал патроны. В коробке они у него хранились. Вот несколько штук между половиц в зимовье и закатились.

Я их в прошлом годе случайно нашел. Половица сгнила, я ее начал менять, а там эти, патроны… Я их и подобрал. Или, скажешь, выбросить надо было!

– Их надо было сдать, – буркнула я.

Шихан хитро прищурился:

– И кто б тебя тогда выручил? Вишь, как пригодились!

– Вон как ловко вырулил, – я усмехнулась. – Мало того, что иду на должностное преступление, так еще и тебе по гроб жизни обязана!

– Ничего, сочтемся, – дед снова обвел меня взглядом. – По-суседски! Давление когда придешь смерить или лицензию на отстрел медведя подсобишь достать.

В прошлом годе мне отказали…

– Да уж, – покачала я головой, – давление я тебе и так измеряю, а насчет лицензии – не жирно будет за три патрона-то?

– Три патрона? – усмехнулся дед. – Забирай выше, Марья. Я ведь и проговориться могу! Севка твой уже подкатывался…

– Так ты меня шантажируешь? – у меня даже перехватило голос от возмущения. – Что стряслось? Сколько раз я тебе помогала? И что? За ответные услуги?

– Ладно, закипела, как самовар! – Дед вновь направил свою лошадь по тропе.

 – Пошутить нельзя! Вон, как кошка, когти выставила.

– Дед Игнат, – покачала я головой, – все равно что-то не так. Раньше из тебя при посторонних слово клещами не вытянешь, а тут то шутишь, то сказки сказываешь! Что случилось?

– Езжай ужо, да помалкивай! – Дед махнул кнутовищем в сторону Таштыка. – Вишь, тучи в кучку сбиваются. Того и гляди снова ливанет.