От ненависти до любви

 – Я собрал материалы за последние двадцать лет, когда стали фиксировать подобные случаи…

Борис вдруг озадаченно хмыкнул и посмотрел на меня:

– Когда, говоришь, Макаровка приказала долго жить?

Я молча уставилась на него.

– Ну, да… – смущенно улыбнулся Борис, причем я удивилась его смущению, но снова не подала виду. – Ладно, допустим, совпадение.

– Может быть, – пожала я плечами. – Но все же, почему именно там?

– Вот это я и хочу понять! – Борис достал из кармана пачку сигарет и вопросительно посмотрел на меня: – Можно?

– Пожалуй, составлю тебе компанию, – я потянулась к подоконнику за пепельницей.

– Ты… куришь? – с изумлением произнес Борис. – Зачем?

– Затем, – отрезала я и прикурила от его зажигалки. – Все течет, все изменяется.

– Я тебя не узнаю, – покачал головой Борис. – Конечно, я понимаю…

– Ничего ты не понимаешь, – я в упор посмотрела на него. – И если я закурила, то не ты тому причиной. Все давным-давно забыто!

Борис посмотрел на меня печально-печально, но я не отвела взгляда.

Он был хорошим опером, мой бывший жених, а еще неплохим актером, что очень помогало ему в работе. Но я не попалась на удочку. Чтобы прекратить лицедейство, уставилась на карту. Там красным фломастером был обведен участок тайги, где обычно пропадали люди. Я сразу отметила, что он похож на каплю: в широкой части находилась Макаровка, затем «капля» сужалась, охватив всю Поганкину Марь. И самая узкая часть, как стрела, нацелилась в сторону моего участка.

– Я же говорю, это участок Петровича, – ткнула я пальцем в карту. – Самые глухие места. Даже на лошади не пробраться. Чего ты хочешь от меня?

– Пока не знаю, – честно признался Борис. – Давай вместе подумаем. Вот тут… – он обвел карандашом самый широкий участок, – наибольшее количество пропавших: за десять последних лет – двадцать семь человек. Шестнадцать трупов людей, погибших странной смертью. Но в последние годы происходит как бы смещение в сторону твоего участка. Причем направление строго выдержано: в пределах определенной зоны, ни вправо, ни влево – никаких отклонений.

– Похоже на каплю, – изрекла я задумчиво, – которая оторвалась от карниза…

Борис недоуменно посмотрел на меня, но, видно, не разделил моего лирического настроя. И я предпочла дальше не распространяться.

– Давай по порядку, – предложил он.

Я кивнула.

– Первый нормально задокументированный случай произошел в девяносто третьем году, в июле месяце.