Качели времени. Сказки сумасшедшего ученого

Внимание, вопрос! Кто мог это сделать? Я ещё теоретически представляю девицу, которая могла бы похитить Икси, либо сумасшедшего любителя всего вечнозелёного… Но кому и на кой сдался Евгеша? Он же абсолютно бесполезен, да к тому же его долго никто не вынесет – ещё вернут, и приплатят, чтобы забрали.

– А почему ты думаешь, что их кто-то похитил? – удивился я. – Сами они удрать не могли?

– Нет, сына. – покачал головой отец. – Иксион бы точно не стал. Как младший брат временного агента, он всегда прекрасно понимал: со временем не шутят.

Да и никогда не горел желанием путешествовать по нему. Он даже на авантюру с Атлантидой четвёртого тысячелетия решился с большой неохотой.

Я отметил, что отец впервые сам заговорил о том давнем приключении, и порадовался за него. Кажется, все эти годы на папе лежал груз вины за то что тогда он обманул маму, притворившись другим человеком, дабы следить за ней. Причём мать-то давно уже перестала на него сердиться за это, и с удовольствием вспоминает былые времена. Но папа всё равно никак не мог успокоиться.

Кажется, должность Хроноса пошла ему на пользу. Как эмпат я почувствовал, что отец осознал: любое дело имеет свой срок давности и не стоит вечно посыпать голову пеплом за ошибку, совершённую во благо. Да и ошибка ли это? А ещё папа, кажется, понял, что каждое действие искупается действием, и все свои счета он уже оплатил и закрыл. Мама вот осознала это раньше, когда, благодаря своим приключениям, стала мудрее на несколько жизней. А мудрость умеет прощать и понимать мотивы.

– Иксион не мог… – задумчиво протянула мать. – А вот Женька – запросто!

– Да? – удивился я.

– Легко. Достаточно вспомнить хотя бы место его работы. Он всегда лез туда, куда ему не следует, и во время полез бы с радостью: «вау, путешествия во времени, круто, чё!». О последствиях-то не ему думать. Так что я не исключаю вероятности того, что именно он заварил кашу, которую нам нужно расхлебать. Он же всегда следил за нами, вынюхивал, шпионил, подозревал… Даже к маленькому тебе приставал.

А какой скандал закатил как-то в твоём присутствии!

– Я не помню.

– Естественно! – отмахнулась матушка. – Я тебе память об этом происшествии стёрла.

– Мама!

– Не мамкай! Я тебе уже двадцать пять лет мама и знаю, что лучше. Не хотелось оставлять тебя с моральной травмой и осознанием того, что твой дядя – идиот. Хотя оно так и есть. Этот дурак тогда испугал тебя до слёз. Ну и сам потом испугался, конечно, когда глаза мои увидел.