Культурные особенности – II. Божья воля

Перед выходом усталый офицер взял с волонтера подписку тогда – строгую, под угрозой ареста, высылки и лишения прав.

«Хранить мир и уважать культурные особенности туземного населения»

Второе еще получалось. А вот первое…

Рванул воздух ружейный залп. Еще одна машина полыхнула вдали. Дым плеснул вверх – столбом в блеклое синее небо. Туда, где «Венус» плыл прямо над их головой. Неторопливо, в сияющей короне гало – облаке вторичного газа. Свет мерцал на броне – Эрвин с земли, конечно, деталей видеть не мог, но хотелось верить, что там, наверху, щелкают, фиксируя вспышки и дым камеры дальнего наблюдения.

– Надеюсь, вы там не ослепли…

Прошептал он, аккуратно отводя глаза вниз, назад на землю. Змея зашипела в ухо, свилась, ударила о землю хвостом – тонким, звенящим яркой медью чешуек. Эрвин кивнул и пополз по траве назад. Вовремя – там вдали, кто-то встал во весь рост, заорал. Сверкнул кривой нож, пластая на дольки воздух. Чужой лейтенант. Волосы свиты рогами на голове.

«Перечеркнутые молнии» завыли в ответ, поднимаясь для контратаки.

Война за «Счастье» началась неделю назад.

Непонятно с кем.

Леса горели, по кустам и зарослям нежной листвы гремели залпы старинных туземных винтовок. Один день горизонт был в дымах – весь. Черных и сизых дымах от горевшего топлива. Поселки, деревни, пункты сбора листьев «тари». Потом очистился – тоже разом. Должно быть, здесь, на юге все, что могло гореть – уже сгорело. У Эрвина на глазах. И армия – настоящая армия лесных дикарей – шла теперь по джунглям на север, туда, где в ясную погоду можно было видеть неяркий блеск золотых крестов на шпилях кафедрального собора Сан-Торрес Ультрастелла.

Две недели назад Эрвина послали туда. Предупредить. Вот только война догнала и – мимоходом, как ненужную вещь – отодвинула незадачливого вестника в сторону.

Родной корабль висит над головой. Огромный, все видящий и молчаливый.

В траве – шипенье и чуть слышный гремучий треск. Поле засады осталось уже позади, машины и люди скрылись за лесной зеленой завесой.

Стала тихо, лишь перламутровая змея гремела, вставши на хвост – опять. И смотрела на Эрвина снизу вверх большими глазами.

– Извини, – на полном серьезе сказал он ей, прямо в эти глаза. Протянул ствол винтовки с плеча. Змея скользнула на сталь, свернувшись в клубок вокруг мушки. Белоголовая, похожая на орлана, птица парила, хлопала крыльями в вышине. Остальные бойцы ждали его впереди.