Культурные особенности – II. Божья воля

Трепетали на бампере пестрые ленты, трепетали темные волосы на ветру, Миа улыбалась, провожая ласковым словом каждую капсулу. «Ложечка за маму, ложечка за папу»…

Улыбка на лице пляшет – будто и впрямь похоже на то…

Капсулы были для женских рук тяжелы, но предлагать помощь Эрвин не стал. Не решился. Знал по опыту – дочь туманного леса тут же его пришибет. То есть вначале удивится, потом пришибет. Дикие люди на звездах, мол, живут, простых вещей не понимают.

На лице у Мии – татуированный соком «тари» ромб.

Волонтерский знак, такой же, как у Эрвина на шевроне. И у бехи на избитой броне – он же, белой краской, в обрамлении резных оберегов и ярких, шелковых лент.

Миа поднялась, увидела Эрвина и улыбнулась.

– Удачна ли охота? – спросила она, на певучем туземном наречии. Последнее слово – звонкое, звенящее весенней капелью. Туземное Шай, то есть муж. Эрвин как слышал – все поминал про себя матом устав, инструкции и не вовремя заглючивший переводчик. Культурные особенности, мать их растак. Те самые, что уважать, в соответствии с уставом, положено.

Одно радует – язык у туземцев очень певучий, плавный, за длинным словом – россыпь звенящих, непонятных машине рулад. Где то там, возможно, пряталась уточнение «бывший». А, возможно, и нет. Эрвин пожал плечами, ответил коротко:

– Да.

– Хорошо, – кивнула она. Улыбнулась. Жалеть не стала – «Перечеркнутые молнии» чуть не загнали ее на плантации тари. Повезло. Спасибо случайной встрече, Эрвину и тяжелой броне десантного БТР-а.… На которой, кстати, красуется все тот же ромб.

– Эрвин, есть иди… – окликнули его. Ирина улыбнулась ласково от костра… Потом поймала взгляд Мии, подмигнула ей и добавила. Эрвину, то же слово, звенящее бубенцами в мороз. Только огласовки в конце слогов другие. Чуть – чуть… Отчетливей, прямее и суше. Знать бы еще, что они значат, такие звонкие…

И Эрвин пошел, поминая про себя матом культурные особенности туземного населения. Все, какие есть. Ирина дала ему в руки дымящийся походный котелок – торжественно, и так же плавно.

«Как Мия – бэхе, недавно, – подумал Эрвин, церемонно благодаря, – с ума тут посъехали все с культурными, мать их, особенностями».

После туземных, зеркальных, мерцающих лиц – земной загар Ирины выглядит глубоким и черным. У нее тоже вязь по щекам. И на высоком лбу, под смоляной челкой – такой же волонтерский ромб. Хоть и странно для нее, всегда такой собранной, деловой и изящной.

Культурные особенности, мать их разтак.