Здравствуй, Люся, Новый год!

На последнем слове было сделано убедительная интонация, такая, что никакие глаза в пол не могли спасти положение. Придется, Люся, придется.

С собрания Люся возвращалась с бумажкой. На бумажке было напечатано «Как под елкой нас». А далее из этого многообещающего начала необходимо было написать стихи, которые детишки будут потом исполнять для Деда Мороза, и которые, конечно, и станут решающим аргументом, если он вдруг передумает дарить им подарки.

– Но Дед Мороз же свой будет, какой-нибудь родитель или завхоз, – смеялся Митяй вечером.

 – Отдаст подарки, куда денется, ну кому охота по голове родительским комитетом получить.

– Ты не понимаешь, Дедом Морозом, возможно, как раз будет Анна Алексеевна, – вздохнула Люся, – а это совсем другой уровень.

Полвечера она думала, подключать ли к стихотворству мужа или не стоит. Какие-то глубокие внутренние сомнения терзали ее. И не зря.

Прочитав «Как под елкой нас», Митяй радостно и с хохотом выдал первую, самую близкую по духу и содержанию рифмующуюся ассоциацию.

Благо Сашка торчал в комнате у Насти и не слышал. Люся посмотрела на Митяя с самым нецензурным выражением лица, он сразу узнал в ней Анну Алексеевну и проникся ответственностью.

– Как под елкой нас, как под елкой нас, – вздыхала Люся и прикидывала, не прогадала ли она с валерианкой. Возможно она не учла, что поэтам требуется больше запасов.

– Собирали в первый класс! – не выдержала Настя из своей комнаты. Люся порадовалась, какая у нее талантливая дочь и записала строчку.

– Облекли в противогаз! – сориентировался Митяй.

– Ожидал с салатом таз! – включилась в игру Люся.

– Дед ударил в левый глаз!

– Президент читал указ!

– Для плохих народных масс!

– Новогодний унитаз! – снова высунулась Настя, и Люся подумала, что пора завязывать, а то одного ребенка, кажется, плохому они уже научили.

– Ожидал билет в Миасс!

– Лучше денег, да КАМАЗ!

– Мама, а стишки уже готовы? – материализовался Сашка и Люсе стало стыдно.

Оценив КАМАЗы и унитазы, она вынуждена была констатировать, что нет, поэтический кружок пока лажает. И тут позвонила Анна Алексеевна.

– Я дала вам неправильную бумажку, – сказала она, – не тот текст. Там слова обрезали не в правильном месте. Дело в том, что нас – это не местоимение. Это начало слова.

– Начало слова? – безрадостно произнесла Люся, прихлебывая из бутылька с валерианкой.

– Ну да. Нас – троение, нас – тупил, – пояснила Анна Алексеевна.