Чернильный дневник

Адриан неосознанно потянулся к ней, подушечкой пальца проведя по открывшейся дорожке маленьких сережек-гвоздиков на её ухе. Всего их было пять: четыре в ряд и один на хряще. Результаты бурного пубертатного периода. Хорошо, что ограничилось только ими, а не проколотым языком и сосками.

Чейз вздрогнула, но не отстранилась. Наоборот, ей было приятно его касание… И он. Особенно теперь, открывшись с совсем другой стороны и став… таким, что можно и забыть на время о его предательстве. Или даже окончательно забыть. Сейчас ведь он ей помогает, верно?

Молчание затягивалось, а между ними едва только воздух не электризовался.

Понять, что последует следом, не составляло большого труда. Милые беседы, тесный диван, глаза в глаза… Только вот Аманда понимала, что это неправильно.

Там, в той своей реальности она никак не могла определиться с чувствами к Мэйсону, а тут вся покрывалась мурашками от одного взгляда малознакомого типа. Это неуважение к обоим мужчинам и просто… нечестно, в конце концов.

Аманда не была той, кто мог дурачить сразу нескольких, да ещё и получать от этого удовольствие.

И не будем забывать, что всё ещё остаётся значительная вероятность того, что происходящее лишь игра её воспаленной фантазии. А раз так, то зачем раззадоривать ту ещё больше?

– Ладно, – выпрямилась она с наигранной улыбкой, разрывая между ними дистанцию. – Грушу хочешь?

Аманда нервно потянулась к фруктовой тарелке, хватая… яблоко, но Адриан решил по-своему. Чейз оказалась прижатой к нему, а его губы уже нашли её.

Слабая оборона пала, а посторонние мысли “о нельзя и неправильно” стайкой бабочек упорхнули из девчачьей головы.

Так и сжимая в руке яблоко, уже пустившее сок от острых ногтей, Аманда притянула его за расстёгнутый жилет к себе. Адриан в ответ держал её за шею исключая попытки вырваться, чего та, собственно, и не делала.

Поцелуй разгорался, как горит облитая керосином бумага. У Чейз непременно бы подкосились ноги, если бы она не сидела. Сердце бешено билось, а дыхание участилось как в марафонском забеге.

Рука Адриана в какой-то момент скользнула с шеи и коснулась сжатого кулака, стискивающего лацкан его жилета.

Он первый отстранился. Мысленно Аманда могла его только поблагодарить, потому что сама точно не смогла бы. Какое-то нереальное… наваждение. Она ещё не испытывала подобного при всего лишь поцелуе. Да, бывало и приятно, и возбуждающе, но так чтобы забыть: где ты, с кем и как вообще дышать…

– Ого, – выдохнула Аманда. – Нет, правда.