Пари на красавицу

Скамейки по периметру. Сейчас здесь пусто, но к полудню местные соберутся на улицу погреть косточки.

Узкие тропинки паутинкой разбегаются в стороны, но я иду по центральной: той, что ведёт к одному из главных корпусов. Едва переступаю порог, и сразу чувствую мерзкую вонь лекарств.

Лекарств и обречённости.

Этим тут пропитано всё. Это с готовностью налипает на одежду, кожу и волосы. После нужно заехать домой и принять душ. Не хочу весь день это нюхать.

Киваю женщине в белом халате за стойкой информации и сразу направляюсь к лифту.

Второй этаж.

Налево и по коридору до конца. Мимо закрытых палат. Из некоторых доносятся такие звуки, что по позвоночнику пробегает холодок ужаса.

Ищу медбрата, чтобы узнать последние новости. Ничего нового. Хорошо. Порой отсутствие новостей лучше их наличия. Страшнее услышать, что стало хуже.

Застываю перед дверью. Такой же, как и десятки других. То, что эта именно та, выдаёт только бумажка с инициалами за прозрачной табличкой.

Медбрат достаёт связку ключей, находит нужный и проворачивает в замке, а у меня внутри всё цепенеет. Казалось бы, столько месяцев прошло, а реакция одна и та же.

Времени на раскачку себе не даю. Один раз дал и… сбежал. Так что просто тихонько приоткрываю дверь и проскальзываю в палату.

Глава шестая

Уличные танцы

POV МАЛЬВИНА

– Покровская, хорош дрыхнуть! – тормошат меня.

– Ась? Я не сплю, не-не-не, – подрываюсь на месте.

Ай, шея затекла. Не повернёшься. И щеку отлежала. На ней теперь остался след от кипы бумаг в глянцевых папочках, которые так удачно заменили мне подушку.

– Ты ночью, что ль, не спала?

– Немножко. Часа два.

– И чем же таким интересным занималась? – проколотая бровь Аники взлетает до небес и даже чуть выше, стремясь к Олимпу на тусу с богами.

Вижу, о чём она подумала. Пошлячка.

– Точно не тем, что пришло тебе на ум, скабрезная ты душонка.

Борька отрывается от компьютера, выглядывая из-за стационарного монитора. Прям как аллигатор из воды.

– Одна? – уточняет он.

– Одна, – с наслаждением потягиваюсь, массируя позвоночник. И зеваю.

– Совсем дура?

Но-но-но. Я бы попросила.

– Не совсем. Процентов на тридцать. А что? – выворачиваю руку так, чтобы можно было почесать между лопатками.

– Ночью шляться одной по пустой территории.