Лучшее, что было со мной

– Там Игорек того, устал, – заявил он подругам.

– А тут вот Тая уходит, у нее голова заболела.

– Голова болит очень, давление, – кивнула невпопад Тая, радуясь, что хотя бы один из двух мерзких типов уснул.

– Ну ты то остаешься? – Кирилл притянул к себе Киру и улыбнулся неприятной улыбкой.

– Да, – пискнула Кира.

– Позвони мне, ради бога, через полчаса, иначе я с ума сойду от беспокойства, – прошептала Тая и скрылась в подъезде.

Кирилл повернулся к Кире и крепкими мужскими руками прижал ее, а потом поднял прямо на руки и понес в другую комнату.

Там он бухнул ее на кровать и стал расстегивать брюки.

– Может я сначала в душ, – пролепетала Кира, но мужчина настойчиво целовал ее и снимал одежду так быстро, что Кира даже не успела опомниться, как осталась совсем без ничего.

Мужчина довольным взглядом осматривал девушку, тыкался своим небритым лицом ей в грудь. Кира внезапно почувствовала такое отвращение, что попыталась подняться с кровати, но ее попытки были тут же прерваны.

Настойчивые мужские руки лапали ее грудь, теребили соски, а потом пальцы стали настойчиво пробиваться между ног.

– Кирилл, я давно хотела тебе сказать, Кирилл, – пыталась перевести мужчину на более романтичный лад Кира. Но он был груб, настойчив, и ее обрывочные слова заткнул крепким поцелуям, просовывая горячий скользкий язык прямо в рот.

Затем он взял ее за волосы и поднес к губам пенис.

Кира замотала головой, а Кирилл захрипел:

– Ты что, девочка что ли? Чего недотрогу из себя ломаешь?

Затем он обхватил ее бедра и резко вошел в нее.

Сильными и ритмичными толчками он входил в нее, сильно и больно сжимая ее грудь. Затем так же резко он перевернул ее, и снова стал входить уверенными толчками, с рычанием ненасытного зверя.

– Шлюха, моя шлюшка, – бормотал он. – Я сразу понял, что ты шлюха, когда увидел тебя. Волосы с рыжиной, чердак ржавый, значит подпол сырой.

Кира кусала нижнюю губу и изо всех сил старалась не расплакаться.

Она ощущала себя вещью, ничтожной тряпкой, об которую сейчас справляют нужду. Было больно и очень стыдно.

Когда он с диким рычанием закончил, то снова развернул ее.

– Ну, – задышал он ей в ухо, – тебе понравилось? Понравилось? – настойчиво переспрашивал он ее.

Было странно, что его это может волновать. Но объяснять пьяному мужчине, что он самое противное и отвратительное, что случалось с ней в жизни – сейчас не лучший момент.