Перст Судьбы

Типа, я не я и хата не моя. Раздели, переодели, приволокли сюда, ничего не знаю, не виновата.

Кэтрин как бы невзначай следила за реакцией Сары: проглотит или нет? К удивлению, женщина сочувствующе улыбнулась.

– Да, пираты. Пираты и ведьмы, вот наши самые большие страхи.

“Чё, реально купилась? Разве в Салеме были пираты?” ? Кэт вновь пустилась в дебри налипшего за годы учёбы образования, но в данной графе стоял лишь жирный прочерк. ? “Чёрт, нужно было лучше учить историю. Ладно, фиг с ним.

Прокатило, значит, чешем в том же ключе дальше”.

– У вас случайно нет запасной одежды? Мне бы в город выйти.

Потому что тут торчать точно бесперспективняк. А осмотреться лишним не будет.

***

Нежданно-негаданно Кэт у своих спасителей подзадержалась. Деваться-то всё равно ей было некуда, так и спала на постеленной в углу соломе. Не на коврике в прихожей, и на том спасибо. Между прочим, на соломе было в сотни раз приятнее и мягче, чем на хозяйской кровати.

Первое утро в новом мире.

Второе.

Третье.

Четвёртое…

Очевидно, она вляпалась. Время нещадно тянулось, а проблесков не предвещалось. Нет, это точно не психологические забавы. Не стало бы её подсознание заниматься такой ерундой как подметание полов и мытьё посуды в корыте. По дому помогать же надо, раз приютили.

Каждое утро, просыпаясь, она лежала по несколько минут с закрытыми глазами, прислушиваясь к звукам. И каждый раз выкрики свежих заголовков от разносчика газет обрушивали надежды на то, что уж на этот раз она точно очухалась и вот-вот поприветствует медсестру в белом халате.

Прикол, конечно.

Вот это забавно получится, если она действительно перенеслась во времени и вместо того, чтобы отрываться на полную катушку батрачит как домработница. Не, не комильфо. Спятила она или просто пребывает в затяжной наркотической прострации, но нужно пользоваться возможностью. Как говорится, если сходить с ума, то со вкусом. Получая удовольствие по максимуму.

Ну и принимая всё на веру, чтоб попроще воспринималось. Так случайно обнаружилось, что у Сары и Теодора имелась юная дочь, жившая с новоиспечённым мужем в центре города. По отрывистым рассказам стало очевидно, что зазнавшаяся девчуля брезгует предками, живущими в самом злачном и бедняцком районе.

Навещает редко, помогать не помогает вовсе, несмотря на то, что женишок попался ей какой-то там весьма солидный и средства есть.