Язва на полставки

Резиновая Зоя в магазине для взрослых лучше флиртует, чем я. Да и не только флиртует.

С запретами отца и комендантскими часами было не так много возможностей прокачивать сексуальность. Поэтому та теперь и болтается лишним прицепом: пыльная и незадействованная. Короче, запомниться мне особо нечем. А раз нечем, то лучше сидеть на жопке ровно и делать вид, мол: "ты упустил шанс на лучший секс в своей жизни, а второго я не даю, так что катись рулетиком".

Снова молчу. На этот раз хочу и могу много всего наговорить, чтоб прям шлифануло хорошенько по его харизме наждачкой фирмы "накусь-выкусь", но молчу.

Тишину воспринимают по-своему.

– Я так и думал, —Игнатенко отступает назад, запах сигарет и одеколона практически исчезает, уносимый усиливающимся ветром. – Это к лучшему. Нам не стоит начинать то, чему всё равно нет продолжения.

– Потому что я не в твоём вкусе?

– Потому что ты сестра моего друга. Ну и да, от моего вкуса ты далека.

– Извиняю.

Ауч. Как больно кусает за пятку уязвлённое самолюбие. Да он просто мастер на невербальные оплеухи. "Малолетка". "Ребёнок". "Не в моём вкусе". Так чё ж тогда только что жался ко мне со своим стояком? Будто я не чувствовала.

– И куда ты пошла? – окликают меня, когда я без предупреждения стартую к проезжей дороге. Не бегом, но быстрым шагом. Пешеходный переход неблизко, так что пробираюсь через ряд припаркованных машин и быстренько перескакиваю на другую сторону, отказываясь возле высоких окон "Англетера" – той самой гостиницы-ресторана, в номере которого нашли повесившегося Есенина.

Округляю глаза, всем видом намекая, что он дебил.

– В туалет, – развожу руками, словно это подразумевается само собой. – Забыл? Я не шутила. Мой мочевой пузырь требует релаксации.

Не верит? И правильно делает. Это отговорка. Мой мочевой пузырь вполне может подождать, а вот желание кусать локти от обиды хлещет через край.

Не сразу, но получаю согласный кивок.

– Пошли. В саду был.

И мы идём. Правда идём. Будто сама я до сортира дойти не способна. Так и хочется поинтересоваться: будут ли мне туалетную бумагу под дверцу просовывать с таким же рвением?

Уходим с Вознесенского проспекта на Адмиралтейский, дожидаемся зелёного светофора и попадаем в большой Александровский парк.