Время счастья

И разные душевные травмы, а еще соперниц, изменения прически и отношения к учебе…

Повзрослев, и не выйдя слишком рано замуж, она уже думала, что только в постели с нелюбимым можешь почувствовать особенно явно собственное одиночество. – Ну как это так: смотреть на парня, который лежит рядом и пытаться думать, что ты не одинока, и, что из этого что-то может получиться…

Ей не нравилось лето – оно замедляло время и вызывало душную усталость. Мысли текли, как варенье из банки, вяло и по-детски приторно. Она с нетерпением всегда ждала осень.

Зимой замерзала и ждала весну.

Городок, из которого она когда-то приехала в Москву учиться и искать человека для себя, остался далёкой точкой на карте. И, если эту точку на карте как следует расковырять ногтем, то там непременно окажутся отсидевшие мужчины, рано поседевшие женщины, загубленные дети и грубо одомашненные звери, временами похожие на собак и кошек. И заборы с неумелыми граффити. В таких городах нет губернской размеренности и патриархальности, но есть уездное "все друг друга знают" и «что, тебе больше всех надо?».

Там издревле существовали местные «употребляющие», которые с раннего утра таращили свои вчерашние глаза в сторону магазинов. А в квартире у мамы-учительницы стояли стеллажи, ломящиеся от всяких литератур, с помощью которых приходившие к ней городские интеллигенты могли заниматься обычным душевным онанизмом. И разговор всегда шёл о судьбах России, её будущем и прошлом. Поэтому пили только водку. При этом с кухни пахло необыкновенно вкусными блинами с чем-то всяким.

Отец обычно молчал и посматривал на часы. Это был верный признак того, что в доме стояло предательство, и они обе, мать и дочь, дышали тяжёлыми испарениями этого предательства. Поэтому Москва была неизбежна… Ну и фиг!

Дальше ногтем ковырять не следовало, ибо можно было этот ноготь сломать, или расковырять такое, что потом больше не захочется почувствовать в своей жизни никакую идею, связанную с нравственностью…

… Родители своевременно присылали деньги во время её учёбы в одном из московских Универов, хотя и развелись сразу после её отъезда.

Светлана была молодая, азартная, легкая, в самом начале жизни, без жизненного опыта, который обычно сводится к обидам и предательствам. Первое время она летала, почти задевая крыльями потолок комнатки в общаге от счастья свободы… Летала и чуть не залетела. Обошлось. Влюбилась в преподавателя, но быстро поняла, что она – офигевшая собственница. Ненавидела всех его бывших.