Перо из крыла ангела

Джону не с кем было посоветоваться. Мужчина понимал, что в доме поселилась боль и тоска, но не понимал причин ее. Последние роды были такими тяжелыми, что врачи боялись за мать и малыша. В конце концов, все обошлось благополучно, но врач предупредил, что Луизе нельзя пока больше иметь детей.

Однако Джон не заметил, чтобы Луиза очень уже горевала бы по этому поводу. Во всяком случае, два месяца назад, в тот момент, когда муж привез жену и нового члена семьи домой, на лице у Луизы было только чувство облегчения и счастья.

Два месяца семья жила дружно и счастливо. И вот теперь…

У Джона был друг. Чуть поколебавшись, Джон все же решился обратиться к нему за помощью. Он подозревал, что у Луизы послеродовая горячка. Друга звали Майкл, и он был врачом хирургом. Женские проблемы были не его специализацией, но он порекомендовал Джону человека, к которому можно было обратиться. Луиза согласилась на обследование не спрашивая ни о чем. Однако все анализы были в норме. Визиты к невропатологу и психиатру

тоже ничего не дали.

Все специалисты отмечали отменное психическое здоровье Луизы и ее здравомыслие. Ситуация зашла в тупик.

Джон чувствовал, что Луизы пытается что-то ему открыть, он был готов выслушать и понять все, чтобы не рассказала ему жена, но Луиза никак не могла решиться. Несколько раз она начинала разговор о своем детстве, но тут же сама перебивала себя, и уходила в детскую.

Ну что же, сделав вывод, что ждать помощи от Луизы бесполезно, обратим свои взоры к ангелу.

Тем более что он уже давно кружит над детской кроваткой. Однако кроватка стоит не в той детской, которую мы только что покинули, да и не кроватка это вовсе, а вместилище для трех маленьких тел. Нет, детская кровать была не шире и не уже чем обычно. Обычная стандартная детская кровать.

Однако тем детям, которые лежали в ней, было тесно и неуютно. И не удивительно. Дети были привязаны веревками, и весь их мир ограничивался бортами кровати. Все трое были инвалидами. Две девочки были маленькими и худенькими, мальчик был толстым и рослым.

Однако приглядевшись, можно было заметить, что мальчик явно не богатырь и полнота его не от хорошего питания. Мальчик был тоже болен.

Детский дом, о котором я сейчас рассказываю, находился далеко от Москвы. В краю, где девять месяцев свирепствуют сибирские морозы. В детском доме было холодно. Батареи еле теплились. Дети, лежащие в кроватке, были одеты очень легко. Однако никто не тревожился по этому поводу.