Переломный момент

– Что вы тут делаете? – Лера почувствовала, что щёки у неё прямо пылают. Ещё бы! Она никак не планировала демонстрировать кому попало свои кружева и всё остальное.

– Тебя проведать пришёл, вот костыли принёс на всякий случай, вдруг у тебя нет. Хорошие костыли, лёгкие алюминиевые, и по росту подогнать можно. Но я б ещё вот это всё с удовольствием посмотрел, – он ткнул пальцем в сторону её груди, – там оказывается есть, что посмотреть, богато.

– Есть, да не про вашу честь, – сказала Лера, хорошо язык ему не показала.

Если б не этот досадный инцидент с прозрачными кружевами, она вела бы себя совершенно иначе, была бы ему признательна, ведь позаботился. А так получается, будто он за ней подглядывать явился, любоваться её достоинствами.

– Кого же это ты ждёшь в таком виде? – Он нахмурился и глядел осуждающе, ни дать ни взять строгий папа из кинофильма. Как смотрит настоящий строгий папа, Лера не знала, так как с отцом своим знакома не была.

– Одного товарища. – Лера смутилась, не говорить же такому строгому папе, что с минуты на минуту должен пожаловать её любовник, он же и начальник. Никакому отцу такое не понравится.

– Так вот он я! Скажешь, не товарищ? Через весь город тебя тащил. Я и есть твой самый настоящий товарищ.

В этот момент в дверном замке повернулся ключ, и на пороге предстал Игошин с букетом красных роз.

– Вон оно чо, – сказал настоящий товарищ.

– Вы кто? – спросил Игошин.

– Доставка костылей населению, – отрапортовал незнакомец. – С женщины одна тысяча восемьсот рублей, вот чек. – Он полез в карман и предъявил мятую бумажку.

Лера взяла сумку на столике в прихожей, чтобы достать кошелёк.

– А картой нельзя оплатить? – поинтересовался Игошин.

– Картой нельзя.

– Странно. Лера, подержи-ка цветы, – скомандовал Игошин и сунул Лере букет. Сам он достал из кошелька две тысячи и протянул незнакомцу.

– Премного благодарен. – Мужчина взял деньги и слегка поклонился.

– До свидания, женщина, выздоравливай, – сказал он Лере и исчез за дверью. Тут Лера вспомнила про пять тысяч, и ей стало нестерпимо стыдно. Ещё и костыли притащил. Вон, Игошин-то налегке, с цветочками, двести рублей человеку дал на чай, барин.

– Очень странно, – сказал Игошин.

– Что? – не поняла Лера.

– Как-то не похож этот мужик на курьера.