Запретные практики

 – Панкратьева собрала со стола Дубова все бумаги, сунула их в портфель и вышла в приемную.

«Вот ведь паршивец, – думала она, – недаром волос полная голова».

В каком-то очередном дамском журнале Панкратьева как-то прочитала, что мужчины, не лысеющие к пятидесяти годам, содержат в организме большое количество женских гормонов и с уходом из организма гормонов мужских ведут себя иногда просто как женщины. Её собственный опыт общения с Дубовым и другими начальниками подсказывал, что журнальная советчица в этот раз не ошиблась, и Панкратьева с ней сразу согласилась, однако о лысом начальнике совершенно не мечтала.

Еще неизвестно, как бы повел себя этот лысый босс на месте Дубова. Может, уволил бы ее к чертовой матери. Хотя, может быть, и наоборот со свойственной ему мужской широтой и щедростью осыпал бы Панкратьеву премиями и ценными подарками. Она даже представила в кабинете Дубова абсолютно лысого «мачо» типа Брюса Уиллиса. В этой картине начальник курил сигару, положа ноги на стол. Да, такой дяденьке Майкрософту нажиться бы не дал и, пожалуй, выдал бы Панкратьевой за провернутую операцию те самые вожделенные десять тысяч.

В приемной Панкратьеву уже ждала радостная Оксана. Она схватила протянутый Панкратьевой портфель с документами и озабоченно сказала:

– Анна Сергеевна! Что с вами случилось? Вы какая-то бледная и синяки под глазами.

Это он что ли вас так расстроил? – Она пренебрежительно кивнула в сторону кабинета Дубова.

– Да нет, Оксан, мне как-то странно нездоровится, спать очень хочу. Я домой поеду, а ты портфель разбери. Завтра все обсудим.

До дома Панкратьева доехала практически на автопилоте, то есть совершенно не помня как. Единственное, что зацепилось в ее памяти, так это большой черный внедорожник в зеркале заднего вида, опять висящий у нее на хвосте. Панкратьева даже не стала оборачиваться, чтобы проверить так ли это, не было сил.

Около дома она с трудом припарковала машину, замок квартиры тоже открылся не с первого раза. Слава Богу, дома никого не оказалось, и Панкратьева, не разбирая чемодана, стащила с себя одежду и, не смыв с лица косметику, завалилась спать. Такого с ней никогда еще не бывало. Косметику Анна Сергеевна Панкратьева смывала с себя в любом состоянии.