Простой курортный роман

И поверь, ты меня так завела, что даже не знаю, что и сделать, чтобы не воспламениться. Ты такая горячая штучка!

Дэн ловко расстегнул пуговицы на рубашке Жени, притянул к себе и игриво потеребил гирьку в её пупке.

– Вообще-то, я думал, что это уже не модно, – прошептал он, продолжая свою игру, однако Женя её не поддержала. Она ещё не придумала, как реагировать на подобные «проверки», потому, на всякий случай, наградила любовника взглядом, означающим «И что? У тебя с этим какие-то проблемы?»

– Всё, всё, вопрос снят! – засмеялся Дэн, поднимая руки и давая понять, что сдаётся.

– Не думаю, – улыбнулась довольная своей неотразимостью Женя, поудобнее устраиваясь у него на коленях и переплетая их пальцы. – Но ты можешь попробовать, так что советую расслабиться, сейчас самое время провести сеанс несерьёзной терапии.

– Серьёзно? – шутливо удивился Дэн.

– Серьёзнее некуда! – прошептала она, нежно прикусывая его за губу.

***

На следующее утро у Жени, не подготовленной к таким спортивным нагрузкам, болело всё тело. Пришлось даже отменить обязательные утренние потягушки, которые она так любила.

Морщась от боли, горе-спортсменка попыталась вспомнить, не упоминалось ли на уроках анатомии наличие мышц в волосах и ногтях. Потому что, чему бы там в школе не учили, на лицо был явный обман, ведь ей было больно даже об этом думать.

Плюс ко всему, её любовник оказался ранней пташкой, что Женю сначала не очень-то впечатлило. Она любила поспать, а уж утренняя близость вообще считалась неуместной и всегда пресекалась на корню. Однако её курортный Ромео определённо внес коррективы в сложившиеся традиции. На этот раз Женя готова была петь утренним жаворонком ежедневно, лишь бы Дэн повторял то, что делал. Правда, разделять его страсть к последующей активной деятельности она всё-таки не спешила и, как только осталась одна в кровати, тут же захватила всю территорию, обложила себя подушками и снова провалилась в сладкий сон.

К сожалению, сполна насладиться сновидениями ей так и не удалось, потому что Дэн снова принялся решительно её расталкивать, когда часы не показывали и девяти. По мировосприятию Жени была ещё глубокая ночь, так что она решительно встала в позу, и ни возражения, ни уговоры, никакие доводы не могли вытащить её из тёплого укрытия.