Гончая. Корабль-призрак

Вообще капитан очень легко относится к своей бесценной библиотеке и дает почитать редчайшие книги по первой просьбе кому угодно, вплоть до последнего юнги. Другое дело, что обращаться к нему с подобными просьбами не осмеливаются не только юнги, но и мы. При острой необходимости можно прибегнуть к помощи боцмана, дружба которого с капитаном старше нас троих, вместе взятых. А тут сам предложил… Воспользовавшись редким случаем, я завладел «Пиратами Америки» Александра Эксвемелина, чуть ли не первым изданием, и спешно откланялся.

– Что я вижу?! Ты ограбил капитана? – по пути к каюте навстречу попался Рамсес, оценивший мое приобретение в полной мере.

– Ага. И только намеревался сокрыться у себя в каюте и предаться сладострастному чтению, а теперь придется с тобой делиться. Может, проще тебя убить?

– Сходи со мной покурить, и я тебя, так и быть, не выдам.

На том и порешили.

На баке, вытаскивая сигареты, Рамсес спросил:

– Зачем тебе Эксвемелин настолько понадобился, что ты к капитану пошел?

– Да он сам предложил.

– Серьезно? Типа, «Рудольф, извольте прочитать, ваш культурный уровень не соответствует требованиям „Гончей“»?

– Это я бы еще понял, – и я рассказал старпому о таинственных книжках.

– Может, кэп их тайком читает? – развеселился тот.

– Ага, ночью, под одеялом, с фонариком… – идея выходила богатая, но бесперспективная, поэтому разрабатывать ее мы не стали. К тому же я действительно собирался немного почитать, пока было свободное время.

Устроившись на койке и на всякий случай заведя будильник, я погрузился в нидерландский текст.

Ну не то чтобы совсем погрузился – в разнообразные словари я смотрел едва ли не чаще, чем в оригинал. Когда я в очередной раз давал себе слово заняться языками – а то вдруг мой культурный уровень и правда не соответствует – прозвонил будильник. Оказалось, что до моей вахты осталось пятнадцать минут.

За то время, что я провел за книгой, погода сильно ухудшилась. Корабль затянуло невероятно густым туманом.

По консистенции и цвету он напоминал лимонный курд и передвигаться в нем было не только трудно, но и неприятно. Соображая, успею ли я выпить кофе и покурить, или придется выбирать, я пробирался по палубе ощупью и дважды чуть не переломал ноги, споткнувшись на мокрых трапах. На баке кто-то переговаривался неузнаваемыми голосами, и я поднялся туда.

– Стой! – раздался голос Джо прямо из-под ног.

Она сидела на палубе по-турецки, и курила, пряча сигарету в кулаке.