Глаз Вуивра

Только Джонни хотела вылезть из своего укрытия, как свет замигал и погас. Затем она услышала шаги. Кто-то шел по коридору. Это не сестра Ламберт. Та вышагивает, как солдат на параде. И не доктор Фонтэн. Он несется, как на пожар. Эти шаги были тихими, почти бесшумными, как будто человек не шел, а крался. Кто это? В больнице никого, кроме нее нет. Скрипнула половица, человек остановился у ее двери. И тут Джонни почувствовала необычный запах. Пахло не то болотом, не то лягушками. У Джонни появилось неприятное ощущение, будто тот, за дверью, видит ее.

Она почти физически ощутила на себе его взгляд. Это было так страшно, что у девочки мурашки побежали по спине. Она замерла, ни жива, ни мертва.

Неожиданно вспыхнул свет, что-то громко треснуло, дверь распахнулась. На пороге стоял доктор Фонтэн. Лицо его, обычно выбритое, теперь было сплошь покрыто густой рыжей бородой. Из-за отворотов халата выглядывала рыжая шерсть, а вместо рук! Когда Джонни увидела, что у него было вместо рук, ей едва не стало дурно.

Лапы! Настоящие кошачьи лапы! Только очень большие! Ими он и пробил филенку двери! Но когти застряли в дереве, и доктор, злобно урча, пытался их вытащить. Пока Джонни остолбенело, смотрела на все это, доктор дернулся с такой силой, что сорвал дверь с петель. Та с грохотом рухнула на пол, погребя под собой Фонтэна. Джонни, наконец, пришла в себя, перепрыгнула через доктора и бросилась к окну. Рванула на себя раму, выпрыгнула наружу и со всех ног помчалась прочь.

*      *      *

Папаша Дюшо по–прежнему сидел на лавочке с трубкой в руках.

У него был такой мирный спокойный вид, что Джонни на мгновение почудилось, что ничего не было – ни похода в мэрию, ни болезни Тома, ни того страшного доктора-кота. Она остановилась у крыльца. Мимо, завывая сиреной, промчалась жандармская машина.

– Куда это они так спешат? Что там еще случилось? – спросил папаша Дюшо.

– Не знаю! – ответила Джонни. Не рассказывать же старику, о том, что произошло в больнице. Он решит, что у нее не все дома! На его месте, она бы и сама так подумала.

– Что, уже отпустили из больницы?

Джонни кивнула.

– В город приехал граф де Перей. И сразу же к мэру: бумагой ему в нос тычет. Мол, я – наследник, карбункул мой! А как узнал, что камень украли, такой скандал закатил! К тебе в больницу собирался. Кто-то ему напел, что вы с братом все знаете.

– Ничего мы не знаем!

– Зря ты это затеяла. Да еще брата в эти дела втянула. Такой камень продать непросто.