Возвращение Икари

Принесли завтрак.

Поев, Икари все-таки решилась переодеться. Легкое длинное платье показалось довольно уютным, а домашние туфли, стоящие рядом с кроватью, подходили по цвету.

– «Я никогда, кроме как на вечеринки, такие длинные платья не носила, но тут они все длинные, а джинсов или брюк в шкафу нет», – подумала она и вышла из комнаты.

Дом был довольно большой. Дверь вывела в коридор, вместо стены были перила, а в центре что-то вроде огромной прихожей или зала. Пройдя по периметру мимо закрытых дверей, Икари услышала детский голосок и дернула ручку.

Дверь открылась. Девушка оказалась в детской. Малышка с  остренькими ушками сидела в манеже и играла. Няня улыбалась, наблюдая за ней. Почувствовав, что дверь открылась, няня обернулась, тут же вскочила со стула, сделала книксен.

– Госпожа, вы поправились?! – обрадованно спросила няня.

– Надеюсь, что да, – ответила Икари и подошла к манежу.

Девушка рассматривала малышку и не находила ни одной своей черты, а вот на Вильнора дитя было похоже.

Маленькая девочка, сидевшая там, почему-то совершенно не вызывала никаких  тёплых эмоций. Скорее даже наоборот, отталкивала. Икари села на стул.

– Простите, – обратилась она к няне, – я многое забыла, вы не напомните ваше имя?

– Конечно, конечно, госпожа, – фея захлопала крыльями, выказывая волнение, – меня зовут Гортензия.

– Отлично.

Малышка подползла и стала грызть край манежа.

– Тати, нельзя грызть, это кака! – строго сказала Гортензия и взяла малышку на руки.

 – Хотите подержать?

Икари замялась, но протянула руки. Неловко перехватив ребенка, она уставилась девочке в глаза. Малышка тут же заплакала. Икари попробовала покачать её, но вместо утешения девочка разрыдалась ещё громче.

Икари отдала ребенка няне и выскочила из детской со всей возможной скоростью. Сердце девушки колотилось так, что пришлось опереться о стенку, чтобы отдышаться. Голова начала болеть заново. Девушка  медленно вернулась в спальню и рухнула на кровать.

Хотелось плакать, но слёз почему-то не было. Она не заметила, как заснула.

Икари снился полет, как крепкие совиные крылья несут её под тёмными небесами, как она играет, поднимаясь и снижаясь, планируя, ощущая малейшие изменения воздушных потоков.

Затем ей привиделся в дымке какой-то эльф и был он таким правильным, таким своим, но лицо никак не удавалось разглядеть. Икари пыталась во сне развеять дымку, когда её кто-то потряс за плечо.