Все пути твои грешны

Утопился, наверное, уборщик вместе с пилотом.

– Жаль. Но ты все равно пытайся. Рано или поздно кто-нибудь появится. Мы же не одни во Вселенной, Майкл!

Старичок вздохнул. Было слышно, как он возится с чем-то бумажным, шуршит и вздыхает. «Наверное, он совсем старый, – подумал Корней – а я к нему со своей надеждой!».

– Игиги охраняют сектор. Здесь пять астероидов, бывших когда-то одной планетой. Мне кажется, они хотят очистить их и соединить обратно в единое космическое тело. – Майкл собрался и не такой уж он был и трухлявый.

Не смотря на годы, жажда жизни в нем ни черта не пропала. Он бы удрал, будь шанс, сегодня же, и жил бы еще лет двадцать с удовольствием. Энтузиазм старика вдохнул радость в измученную воспоминаниями душу Корнея. Радость разлилась по телу и согрела его, стало легко и хорошо. Как замечательно, что на свете есть такие чудесные люди.

– Интересно, а зачем им соединять астероиды?

– Откуда ж я знаю… Это всего лишь догадки старого физика. Черт разберет их извращенную логику.

– Это точно…

… Леванчкий нашел Корнея утром, тот сидел на краю кратера и смотрел вдаль. Похлопал по плечу, так участливо, по-отечески, и сказал, делая вид, что все под контролем: – Давай расскажем Лиле о нашей планете. Она поможет ее найти.

Вот еще новости! Он почувствовал, что ему плюнули в душу. Это ведь была их мечта, только их и никого больше. Конечно, Лила могла читать мысли, она могла догадаться, что они искали в далеком космосе, но это не значило, что ее надо брать третьей.

– С ума сошел! – Зашипел он на Грека. – Она – игиг, забыл? Мы ведь планету хотели найти только для людей! Никак не для бледнолицых!

– Она не такая, как все игиги. Ты ведь в нее влюбился, как мальчишка!

– И все же…

– Без Лилы мы никогда не найдем эту планету, раскинь умишком, звездолетчик! Мы уже прыгнули наугад и куда попали?

– Это потому что ты напутал с координатами, бычья башка…

Корней прибавил шагу. Не хотелось ему слушать подобные речи, хотелось бежать подальше, потеряться, улететь далеко, совсем далеко, от всех скрыться.

Но Леванский, как хитрый лис, вился вокруг, не отставал ни на шаг, плел вокруг свои коварные сети, дышал в ухо жарким шепотом. Был он как дьявол-искуситель, настойчив, как будто хотел соблазнить Корнея и, в конце концов, Корней пал. Он остановился и согласился выслушать доводы Грека. Говорили они до тех пор, пока обе звезды не поднялись в зенит.