Игра теней. Претендентка. Книга вторая

Она… точно умерла? Чем дальше, тем больше кажется, что ее душа в тот роковой день словно вцепилась в меня, в одежду, в тело, в волосы, въелась как сажа и никак не хочет уходить. Не хочет оставить в покое. Вот так и сходят с ума? Продолжая видеть чужие сны, испытывая чужие эмоции?

– Я это, ну, то самое. Ванну, значится, подготовила, миледи. И одежду, энто, тоже. – Милая Ингрид, что бы я без тебя делала. Простая, со смешной речью, она искренне заботилась обо мне. После ранения именно ее старания поставили меня на ноги.

Как жаль, что куриный бульон, мягкие подушки и массаж не способны залечить разбитое сердце.

Впрочем, если быть честной, это справедливо. Закон кармы. Ведь и я делала то же самое. Решительно отвергала тех, кто тянулся навстречу. Отбрасывала чужие чувства, делала больно близким людям, исчезала из их жизни и даже забывала попрощаться.

Когда вышла из будуара, пока еще слегка растрепанная, в домашнем легком платье с открытыми плечами, раз за разом прокручивала в голове план сегодняшней поездки.

И встретилась взглядом с Чарльзом. Наследный принц расселся на диванчике в гостиной, фактически утонул в розовых подушках. Наверное, давно ждет. Лицо хмурое и какое-то усталое. Давно ты ко мне не заглядывал, Просто-Чарльз. Совсем позабыл, увлеченный княжной Еленой.

– Доброе утро.

– Доброе, София. – Он определенно чем-то озабочен. Уж кого-кого, а Его Высочество я научилась читать как раскрытую книгу. Научишься, когда от этого зависит твоя жизнь! – У меня к тебе просьба. Не выходить пока из Синего Дворца.

– Это приказ? Я пленница? – Никаких эмоций на лице, только бровь приподнимаю. Что-то новенькое.

– Это просьба, София. – Повторяет Чарльз, вздыхает, нервно теребит диванную подушку. Цедит сквозь зубы куда-то в сторону, едва слышно: «Почему я не могу тебя удержать?». Еще один вздох, и он снова приветлив и доброжелателен. Хлопает себя по колену, встает с дивана, улыбается. – Хорошо. Идем.

Мы спускаемся вниз. Резная лестница изгибается плавной волной, стелется под ладонь изящными гладкими перилами.

Под ногами светло-синий с золотом ковер, не слишком ворсистый, чтобы в нем не утопали каблуки лакированных туфелек. Цвет довольно маркий, завтра слуги перестелят его на новый. Несмотря на огромные параболические окна, холл озарен светом множества магических светильников – день выдался дождливый, пасмурный. На комфорте и красоте в Синем Дворце экономить не принято. К подобным элементам роскоши и расточительства я почти привыкла. Почти.