Не могу с тобой расстаться

Я пригляделась… Скамейка окрашена! Но предупреждения нет, садись, кто хочет и прилипай!

Я отодрала свою злосчастную сумку от окрашенной скамейки и расстроенная побрела к дому. Сумка ведь окончательно испорчена, жалко сумочку!

А, с другой стороны, я же – героиня! Оставила свой неизгладимый след на этой скверной скамейке навсегда, до будущей весны. И пусть теперь пишут: «Здесь сидел Вася». Мой след неизгладим.

Я не очень расстроилась из-за гибели моей сумочки, лишь бы бутылочка в ней не перевернулась. Тогда я ещё не знала, чем будущее «порадует» меня.

В тот момент я была по-своему счастлива.

В ПАНСИОНАТ

Прощай, моя любовь…

Всё так похоже на простуду,

Что невозможно верить чуду,

Не заиграет в жилах кровь

Я знаю, навсегда уйдёшь,

Тебя удерживать не буду,

Но этой болью ниоткуда

На части сердце больно рвёшь.

Я всё прощу,

И будет сердце биться,

Не дам слезе я покатиться,

В моей душе ответная любовь умрёт…

Недавно от меня ушёл муж. Нельзя сказать, что я очень расстроилась.

Сказать так, это значит – ничего не сказать. Мы с ним прожили много лет, и мне казалось, что душа в душу, и у меня даже мысли не закрадывалось, что его что-то не устраивает.

Он ушёл утром, как обычно, на работу. Взял с собой завтрак и ушёл, как ни в чём не бывало. А вечером позвонил и сказал, что у него всё нормально, попросил, чтобы я не волновалась, потому что он сейчас совсем в другом месте. Его там ждут, любят, ценят. Мужчины именно это чаще всего говорят в подобных случаях.

Он сказал, что в нашем доме он всё чаще нарывался на чёрствое непонимание его утончённой и такой ранимой души. А там, куда он сегодня идёт, он – единственный, неповторимый и самый любимый.

Надо же! У этой утончённой души из носа капает, у неё – хронический насморк, из неё песочек сыплется – у неё камни застревают, где только могут, а она, туда же, за пониманием!!!

От неожиданного известия трубка выпала из моих рук. Я долго сидела, будто завороженная и не могла очнуться.

Муж мой тоже пенсионного возраста, но работает и даже прилично зарабатывает, но зарплату теперь он будет носить не домой, да и дом-то его теперь в другом месте.

Его слова меня просто убили. Я так и осталась сидеть у телефона, а трубка укатилась куда-то на пол, и из неё неслись короткие гудки.

Я всегда считала, что мы с мужем прожили счастливую и долгую жизнь, оба дожили до пенсионного возраста и не часто обращались в поликлинику.

Это я так считала, не он.