Мирина – жрица Скифии

Черные блестящие волосы девочки были заплетены в тугие косы, увешанные серебряными бубенчиками, а ее тонкую шею украшала нитка коралловых бус. Аргимпасе нравилась эта смышленая симпатичная девчушка с открытым приветливым лицом и покладистым характером. Она заметно отличалась от других детей племени своей добротой и отзывчивостью. Девятилетняя Томира была не по годам рассудительна и умна, она часто удерживала более живую, подвижную Мирину от необдуманных поступков. Обратив свои лукавые смеющиеся глаза на подругу, Томира затараторила:

– Мириночка, миленькая! Ну что же ты так долго? Мне уже наскучило ждать! А я тебя все жду и жду! Сегодня моя мать обещала напечь лепешек.

– Да ты своей безудержной болтовней мне и рта не даешь открыть! – звонко расхохоталась Мирина. – Конечно, я очень люблю вкусные пшеничные лепешки! Кто же их не любит?!

Глядя на весело щебечущих детей, Аргимпаса широко улыбнулась, морщинки на ее лбу разгладились, а лучистые глаза засияли теплым светом.

– Мириночка, может ты пойдешь к нам полакомиться лепешками? – спросила Томира и, бросив умоляющий взгляд на жрицу, робко добавила. – Если, конечно, твоя бабушка позволит!

– Иди. Иди, дорогая! Я сама управлюсь с делами! – кивнув внучке, отозвалась Аргимпаса.

Получив согласие жрицы, девочки радостно переглянулись, а Томира захлопала в ладоши.

– Мирина, детка, передай маме Томиры мои наилучшие пожелания, а также грибы, которые я набрала в лесу.

– Непременно, бабушка! – воскликнула девочка, звонко чмокнув Аргимпасу в щеку.

Подхватив корзину с грибами, подружки резво побежали между юрт по протоптанной дорожке. Жрица с мягкой улыбкой посмотрела им вслед. Томира и Мирина были ровесницами. Несмотря на разность характеров, девочки отлично ладили между собой.

Когда они скрылись из виду, Аргимпаса подняла с земли корзины с целебными травами и кореньями и степенно зашагала к своему шатру, расположенному рядом с большим белым шатром вождя племени.

Скифское кочевье жило своей привычной жизнью. Отовсюду раздавался стук пестов о каменные чаши, в которых женщины старательно толкли овес. На дымящихся кострах в бронзовых котлах с четырьмя ушками кипела баранья похлебка, заправленная съедобными растениями. Кочевники очень любили дикий чеснок и всякие пряные травы, придающие еде кислоту.