Рыбалка

 – махнул рукой субчик и снова принялся за своё строительство.

Новый знакомый на берегу продолжил старательно мастерить каркас кладки. Среди туманной тишины раннего утра далеко разносился приглушённый звук от ударов его молотка, а Крючок вздрагивал в такт этим ударам. Смешно было наблюдать за ними. А Прошка, как всегда, отвернулся и продолжал медитировать на поплавок своей удочки и больше «не разменивался по мелочам».

Все трое старательно делали свою работу. Крючок, периодически вздрагивая, лежал на берегу у кладки и от скуки, изредка позёвывал.

От нечего делать, ловил мух, старательно щёлкая широкой пастью, и внимательно следил за движением поплавка Прошки. Прошка продолжал старательно медитировать на поплавок, молясь о поклёвке, а субчик на берегу, совсем рядом с Прошкиной кладкой, мастерил для себя такую же кладку, и делал он это не менее старательно.

– Тебя с работы на пенсию притрусили, что ли? – спросил Прошка, как бы, между прочим, когда в следующий раз повернулся к новому знакомому, чтобы посмотреть, как продвигается дело по строительству нового фортификационного сооружения.

– Ты о чём? – не понял тот.

– На пенсию отправили, что ли? – изменил формулировку вопроса Прошка.

– Да, на пенсию… Я и не ожидал, что так получится. Раз, и всё… – горько вздохнул новый знакомый. – Дал дорогу молодым, знаешь ли, а теперь, что, рыбалка только и осталась…

– Да, уж… И я не ожидал… Всегда был самым нужным токарем на заводе, а попросили, и пришлось согласиться.

Очень уж настойчиво просьба прозвучала…

– Вот, вишь, рыбалка заменит работу. Чем плохо? На свежем воздухе!..

– Мне уже заменила. Плохо, что душа ещё не привыкла к покою… – вздохнул Прошка и отвернулся к поплавку, как бы решив, что хватит откровенничать с незнакомцем, не поможет. Он сам в таком же положении, так, что понимает…

В молчании прошло какое-то время.

Долго они не следили друг за другом. Прошка усердно следил за поплавком. Крючок, лёжа у кладки Прошки, отгонял от себя назойливых мух и щёлкал челюстями. А новый знакомый усердно строгал, пилил, и стучал, чтобы удалось более удачно повторить архитектурные формы Прошкиной кладки.

Через какое-то время Прошке надоело тупо смотреть на «мёртвый» поплавок. Клёв не шёл в руку.