Рыбалка

Любит котяра речную рыбку, и ему вполне хватает пары рыбёшек, чтобы потом всю ночь мурлыкать под боком у Прошки.

Вдоволь потоптавшись по берегу, и не раз промочив ноги, Прошка обустроил своё рыбацкое место с особым комфортом. Спёр несколько досок на подворье строившегося, и, никем не охраняемого в тот день дома, и лучшим образом пристроил их на берегу так, чтобы было удобно далеко забрасывать удочки, больше случайно не попадая в заросли редкой травки, торчавшие из вонючей, гнилой водички у берега.

В то время Прошка ещё работал.

Сейчас же – другое дело – пенсия. У него уже, всё, что можно, отобрали. Дали понять, что совсем не нужен, может отдыхать, сколько захочет, и на работу больше не соваться. А что ему сейчас делать, куда ходить? Он же может ещё и горы перевернуть, если попросят. Только, уже никто не просит, и не попросит никогда. Пенсия!.. Даже малыши ходят «на работу» в детский сад, а ему куда идти? Дедовских садов по интересам не существует в природе. Вот и сидит теперь Прошка под звонкое кваканье лягушек, в любую погоду, каждый день на своей кладке до синих зорь, пока поплавок не затеряется во мраке сумерек, вновь, сгустившегося вечера.

Кот возмущённо мяукнул и соскочил с кровати. Видно, Прошка случайно его ногой придавил. Надо бы котяре корма насыпать в миску, но выпитая водка в полную силу позволила ощутить тяжесть земного притяжения к постели и не дала пошевелиться.

Краешком здравого смысла Прошка решил, что завтра – всё, конец пьянству, всё равно, ничего дельного не вырисовывается, только одна муть в голове сгущается и копится, как перхоть, и никак и ничем её не стряхнуть, шампунем не смыть.

Завтра утром он снова отправится на рыбалку. Благо, что далеко ездить и на дорогу тратиться не надо. Вон, она, речка, из окна видна!

Да, он давно обустроил себе место на берегу и всегда прогонял случайных рыбаков, временами забиравшихся на его кладку. Порой даже до драк доходило, но у Прошки всегда получалось прогонять случайных гостей и выходить из конфликтов победителем.

Даже полицейские не приставали. Он всегда делился с ними всем, что у него было.

В то пасмурное, почти летнее утро он впервые за месяц лёжки на кровати, вышел на берег трезвым, как стёклышко, привычно разобрал свои снасти и закинул удочки. Он решил ловить на тесто, потому, что червяков не накопал, и купить их было не на что, а старой муки – целый кулёк остался. На пенсии особо не разживёшься на стоящую наживку.