Артур Грэй

Каждый из них вернулся к своему ордену и создал храм, дабы поделить мир на равные части и жить в согласии, не повторяя ошибок древности. Эти храмы живы и поныне, кроме четвертого.

Послушник анахоретов не стал ничего создавать: его устраивало скитание по миру. К тому же тяжкое бремя, исходящее от шара, было слишком опасным, чтобы строить вокруг этой части головоломки какие-либо священные сооружения.

– Ты хочешь сказать, что это был тот самый Гаргаэль? – у Артура непроизвольно поползли брови вверх.

Данди пожал маленькими плечами:

– Ур-р-р, не знаю… Но имя…

– Ну, если его убили, значит, он мертв или он нашел способ вернуться?

Артур вспомнил ледяной голос и костяную руку, сжимающую его горло.

Он поежился.

– Знаешь, может, нам еще раз сходить в х…

– Где ты, ублюдок! Давай выходи! – пьяный громкий мужской голос орал череду проклятий за окнами театра.

Артур привстал, чтобы посмотреть, кто это.

Во дворе стояла толпа мужчин. Шесть солдат в одинаковой форме, и все совершенно пьяные.

Молодые люди еле перебирали ногами, держа факелы. Один из них выделялся на их фоне.

– Киря, – еле слышно сказал Артур, завидев друга. Парень с огромным фингалом на пол-лица сжимал бутылку, факел и меч.

– Выходи, с-с-сука… Я тебя сейчас порублю… – бормотал он, проклиная хозяина театра.

– Данди, думаю, самое время нам бежать.

Мышонок кивнул, и оба со всех ног помчались наверх. Схватив ближайшую сумку, Грэй впихнул первое упавшее из шкафа. Прихватив с собой остатки денег и кинжал, он выбежал через запасной выход театра.

Через пару улиц он обернулся. Ночное небо озарило огненное зарево, люди кричали:

– Театр горит! Театр!

У Артура защемило в груди, он сжал кулак и затем побежал, он несся в неизвестность, туда, куда вела его судьба, спотыкаясь, падая и опять вставая на ноги. Бежал до тех пор, пока не остановился в конце пирса в порту.

Глава 7. Портовые дела, причал

Сырость и холод подземелья, тьма и тишина были развеяны воплем фигуры в балахоне. Человек сжимал чашу, наполненную кровью.

– Хранитель?! Невозможно! – Владыка отшвырнул ритуальный бокал в стену, сжал кулак, оголяя побелевшие от ярости суставы пальцев. – Невозможно! – удар о каменную кладку вперемешку с криком хозяина эхом пробежался по мокрым стенам подвала.

– Что такое? Опять неудача? – хохот назойливых двоих привел Гаргаэля в чувство.

Он оскалился:

– Вы думаете, что это забавно? – фигура в балахоне направилась к стоящим на полке головам.