Стрингер. Русские forever. Остросюжетная проза

Большой, двухэтажный дом, притиснутый к самому подножью холма, стоял на приличном отдалении от соседних домов и, в отличие от них, полностью деревянных, был целиком сложен из крупного природного камня. Из такого же камня была выстроена высокая ограда с тяжелыми, коваными, сдвигающимися в сторону воротами, за которыми, ведущая к дому дорога, превращалась в кольцо, примыкающее к входу в дом.

Куприянова ждали. Ворота были открыты.

Полина сидела на ступенях высокого крыльца и курила. Заслышав звук двигателя, она подняла голову и помахала рукой, приветствуя гостя.

Частный детектив взглянул на часы и с удовольствием убедился в том, что он предельно пунктуален: до звонка похитителей, державших у себя мужа Полины, оставалось еще минут двадцать.

– У меня кофе сварен, – вместо приветствия сказала Полина, когда Куприянов подошел к крыльцу. – Хочешь?

– Естественно, – улыбнулся Олег, украдкой разглядывая свою клиентку. Молодая женщина была без макияжа, но усталость и нервное напряжение лишь добавили ее красоте оттенок легкой трагичности.

 – Всё нормально?

Она слабо пожала плечами, отчего наброшенный на них расписной платок сполз, открывая светлую кожу, с легкой улыбкой отозвалась:

– Хуже пока не стало…

– Стабильность, – удовлетворенно хмыкнул Куприянов. – Тоже неплохо.

Следом за Полиной он зашел в дом и, миновав большую, отделанную красной сосной прихожую, оказался в просторной гостиной. Деревянные панели на стенах, кованые канделябры и такие же люстры, резные полки и шкафы – во всем чувствовалась благородная старина.

Настоящая, а не пижонский новодел. Огромный камин, позволяющий зажарить в нем если не бизона, то уж крупного кабана это точно, зиял прокопченной за много лет пахучей чернотой. Над каминной полкой из толстой мраморной плиты висела голова красавца-оленя с ветвистыми рогами.

– Ого! – не удержался от восклицания Куприянов. – Красотища!

Полина проследила за его взглядом, чуть улыбнулась.

– Гордость Томаса… – сказала она, и в голосе проскользнула печальная нотка.

 – Камину около ста шестидесяти лет…

– Сколько?! – удивленно выдохнул Куприянов.

Разливая кофе по чашкам и поглядывая в сторону телефона, устроившегося на резной тумбочке, Полина подтвердила:

– Сто шестьдесят с хвостиком… Дом очень старый. Он, конечно, перестраивался, благоустраивался, но последний раз это было в 1906 году… Я не считаю перестройкой обустройство водопровода и канализацию… Томас очень гордится своим домом.